– Наступило время посмотреть, кто здесь мужчина и кто мальчик. Клэр, позови старого Вейстренда.

Она взглянула на меня с удивлением, но послушно вышла, и было слышно, как она звала его. Говард смотрел на меня в нерешительности. Доннер задумчиво взирал на меня. Клэр возвратилась.

– Я предупреждал тебя, Говард, – сказал я, – что твоему старикану это не понравится. Если ты выпустишь из рук хорошую сделку, на которой можно сделать большие деньги, я не думаю, что он позволит тебе оставаться во главе Компании Маттерсона. Что скажете, Доннер?

– Что вы хотите, чтобы я сказал? – сказал Доннер, криво улыбаясь.

Я обратился к Клэр:

– Принеси бумагу и перо. Напиши официальное письмо Маттерсону, в котором предложи ему право рубки за четыре с четвертью миллиона долларов. Он собьет цену до четырех и все же спокойно положит в свой карман миллион долларов. И скажи ему, что предпочитаешь иметь дело с мужчиной, а не с мальчишкой. Пусть Вейстренд сегодня же доставит это письмо.

Клэр подошла к письменному столу и села. Говард, по‑моему, готов был наброситься на меня, но Доннер схватил его за пальто и потянул назад. Они оба отошли в сторону, и Доннер начал что‑то яростно шептать Говарду на ухо. Я прекрасно знал, что он говорил. Если письмо дойдет до Булла, это будет означать признание Говардом факта, что он провалил серьезное дело. Из того, что я уже успел увидеть, легко было сделать вывод, что старик относится к сыну с презрением, недаром он приставил к нему Доннера в качестве няньки. Булл Маттерсон никогда не простит Говарду, что тот чуть не потерял миллион долларов.

Вошел Вейстренд. Клэр взглянула на него и сказала:

– Пожалуйста, отвези это письмо в Форт‑Фаррелл, Мэтью.

Шепот в углу перерос в шипение, и Говард пожал плечами. Доннер сказал решительно:

– Подождите минутку, мисс Трэнаван. – Затем он обратился прямо ко мне, и на этот раз в его тоне не прозвучало сомнения, что у меня есть право вести переговоры. – Вы имеете в виду, Бойд, что вы берете четыре миллиона долларов?

– Мисс Трэнаван возьмет.

Его губы на мгновение сжались.

– Хорошо. Я уполномочен согласиться. – Он вынул из кармана контракт. – Все, что нужно, – это обозначить сумму и получить подпись мисс Трэнаван при свидетелях.

– Я ничего не подпишу, пока мой адвокат все не проверит, – холодно сказала Клэр. – Вам придется подождать.

Доннер кивнул головой. Он и не ожидал ничего другого, так как сам был законником.

– По возможности поторопитесь. – Он вынул ручку, заполнил графу посредине листа, затем сунул ручку в руку Говарду. – Подпишите.

Говард поджал губы и размашисто расписался. Выпрямившись, он ткнул в мою сторону дрожащим пальцем.

– Смотри, Бойд, ой, смотри. Больше тебе не удастся так вести себя со мной.

Я улыбнулся.

– Говард, в порядке утешения скажу тебе, что у тебя здесь не было никаких шансов. Во‑первых, мы прекрасно знали, что имели, и, во‑вторых, мне пришлось долго уговаривать Клэр согласиться на продажу. Ее это не интересовало, а это большое преимущество при деловых переговорах. Тебе нужна была сделка, непременно. Твой старик ее бы не упустил.

Доннер сказал:

– Видите? Я заверяю подпись мистера Маттерсона. – Он расписался и положил бумагу на стол. – Я думаю, это все.

Говард повернулся на каблуках и вышел, не произнеся ни слова. Доннер последовал за ним. Клэр медленно разорвала письмо, которое она написала, и сказала Вейстренду:

– Необходимость ехать в Форт‑Фаррелл отпала, Мэтью.

Тот потоптался на месте, потом рот его растянулся в улыбке.

– Кажется, вас хорошо опекают, мисс Клэр.