Я колебался, стоит ли мне прислушаться, но потом решил, что все это не мое дело. В конце концов, Клэр знала о ситуации с лесом на ее земле, и я был уверен, что она не позволит Говарду надеяться на что‑то. Я продолжал собирать свой рюкзак.

Я слышал раскаты голоса Говарда и тихие, бесцветные реплики Доннера. Клэр, кажется, вступала редко, и я надеялся, что она произносила слово "нет". Затем раздался стук в дверь, и она вошла ко мне.

– Не присоединишься ли к нам? – Ее губы были сжаты, красные пятна на щеках, какие я уже видел раньше, сигнализировали об опасности.

Я последовал за ней. Говард при виде меня побагровел и нахмурился.

– Что он тут делает? – спросил он.

– А тебе что? – сказала Клэр. Она указала на Доннера. – Ты привез сюда своего счетовода. А это – мой советник. – Она обратилась ко мне: – Они удвоили цену. Они предлагают полмиллиона долларов за право рубки леса на пяти квадратных милях моей земли.

– Ты выдвинула контрпредложение? – поинтересовался я.

– Пять миллионов долларов.

Я улыбнулся ей.

– Будь благоразумна, Клэр. Маттерсонам это не выгодно. Я не предлагаю тебе делить разницу пополам, но думаю, что, если ты вычтешь из твоей их цену, может возникнуть основание для сделки. Четыре с половиной миллиона долларов.

– Это смешно, – заявил Доннер.

– А что тут смешного? – Я повернулся к нему. – Вы же сами знаете, что собираетесь смошенничать.

– А тебе лучше держаться в сторонке, – Говард уже начинал заводиться.

– Я здесь по приглашению, Говард, – сказал я. – То есть несколько иначе, чем ты. Извини, что спутал твои карты, но уж ничего не поделаешь. Ты прекрасно понимаешь, что наше предложение справедливо, и вот мой совет: принимай его или оставь это дело в покое.

– Клянусь Богом, мы оставляем его, – произнес он сквозь зубы. – Пошли, Доннер.

Я засмеялся.

– Твоему отцу это не понравится, и он тебя здорово отчихвостит, Говард. Сомневаюсь, что он сам когда‑нибудь провалил хоть одну сделку из‑за жадности.

Это подействовало на него. Он переглянулся с Доннером и сказал:

– Мы должны посовещаться вдвоем.

– Давайте, – сказала Клэр. – На улице сколько угодно места. Они вышли, и Клэр сказала:

– Надеюсь, что ты прав.

– Я‑то прав, но Говард способен заупрямиться. Он ведь из тех, кто нацеливает себя на определенный курс и уже от него не уклоняется. Он не гибок, а ведь гибкость для бизнесмена – качество весьма важное. Боюсь, что он сваляет дурака.

– Что ты имеешь в виду?

– Он уже настроен на то, чтобы сорвать здесь крупный куш, и это делает его неспособным к разумной договоренности. И я не думаю, что Доннер сумеет его здесь удержать под своим контролем. Все дело может сорваться. Ты позволишь мне поторговаться с ними?

Она улыбнулась:

– Ты, кажется, знаешь, что делаешь.

– Вероятно. Но до сих пор мои самые крупные сделки касались подержанных автомобилей. Здесь я могу оказаться не на высоте. Я никогда не торговался на миллионы.

– И я тоже, – сказала Клэр. – Но если все, что я слышала о продавцах старых машин, правда, то они торгуются ничуть не хуже всех остальных. Попытайся представить Говарда Клэри Саммерскиллом.

– Это было бы обидно для Клэренса, – сказал я.

Говард и Доннер возвратились. Говард проникновенно заговорил:

– Хорошо, забудем то, что было. Я пропускаю мимо ушей те оскорбления, которые были допущены Бойдом в виде его предложений, и делаю вам свое, новое.