— А? Нет, Лео, это я не тебе… можешь идти, — встрепенулся тот, а когда удивлённый офицер уже шагнул к двери, буркнул вслед: — и… ты всё же пригляди за этим боярином. Аккуратно. Не хватало нам ещё здесь танец Шакти увидеть.

Глава 3

Как вы яхту назовете…

Говорят, вечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода и как работает другой человек. Насчёт первых двух пунктов спорить не стану, а вот третий… Смотреть на работу криворукого идиота — удовольствие невеликое. И поистине завораживающее зрелище — работа настоящего профессионала своего дела. К некоторому моему удивлению, именно таким профессионалом и оказалась моя жена. Нет-нет, я верю в Ольгу и её таланты, но даже подумать не мог, что одним из них окажется обращение с боевым кнутом.

— Ты так смотришь на мою сестру, словно только что в неё влюбился. Снова… — Леонид, выходящий, чтобы сменить Ольгу в демонстрационном круге полигона, рассмеялся и ткнул меня кулаком в плечо.

— Можно сказать и так, — усмехнулся я в ответ и, поймав удивлённый взгляд друга и ученика, развёл руками. — Чем больше я её узнаю, тем больше влюбляюсь.

— Эм-м… и что же такого нового и удивительного ты о ней узнал сейчас? — растерянно спросил Лёня, замерев чуть ли не на полушаге.

— Что моя жена, имея в руках боевой кнут, закатает любого рукопашника в асфальт, — ответил я. — И меня, как заботливого мужа, сей факт не может не радовать.

— Шутишь? — нахмурился Бестужев, вглядываясь в моё лицо, но не найдя и следа насмешки, констатировал: — Нет. Ты серьёзен… Не понимаю.

— Что именно?

— Причин для такого восторга от умения моей сестрицы ловко щёлкать кнутом, — честно ответил он.

— А ты сам не видел, что ли? — пожал я плечами. Лёня в ответ помотал головой. Пришлось пояснять. — Понимаешь, дружище, сбить слепня с крупа коровы щелчком кнута так, чтобы тот не задел бурёнку, не так уж сложно. Этому любой пастух научить может. Хватило бы у него желания, а ученика упорства. Боевой же работа с кнутом становится только в том случае, когда к точности «щелчка» на любой доступной дистанции прилагается умение его хозяина правильно двигаться в бою. Боевой кнут — оружие весьма прихотливое, я бы даже сказал, капризное, требующее особой внимательности и осторожности в обращении. В противном случае боец рискует покалечиться раньше, чем сумеет нанести хоть какой-то урон противнику. А если вспомнить ещё и о техниках, пригодных для использования с этим оружием… то тут кнутом не то что покалечиться, убиться можно на раз-два. Так-то, друже.

— Откуда ты всё это знаешь только? — покачал головой Бестужев.

— Мила с Линой тоже пользуются боевыми кнутами… только огненными, — ответил я, вспомнив, как близняшки гоняли прежнего Кирилла по громовскому имению. — Конечно, своё пламя этих вертихвосток давно не жжёт, но, прежде чем освоить работу с этой стихийной техникой, дед учил их биться обычным кнутом, без стихийного наполнения. А я смотрел и запоминал.

— А сам не пробовал научиться? — спросил Лёня.

— Нет, — я покачал головой. — Без хорошего наставника это дохлый номер, а заниматься со мной дед… не стал бы. Ладно, заканчиваем трёп, и вперёд, на баррикады. Вода и Воздух… поехали, Лёня. И сделай всё красиво, пожалуйста. Пусть зрители порадуются… раз уж они здесь собрались.

— Э-э? А почему не Эфир? — притормозив перед выходом на площадку, только что освобождённую для него сестрой, Бестужев бросил на меня короткий полный непонимания взгляд.

— Потому что я хочу видеть именно стихии, а не твою медитацию на собственный пупок, — чуть разбавив тон язвительными нотками, «объяснил» я.