|
Тем не менее, это не значит, что Бестужев не может ускоряться Эфиром вообще. Но это не техника, а умение, которое вскоре станет осознанным и… рефлекторным. И с разгоном мышления дело обстоит ровным счётом так же. А значит…
— Я буду медитировать на свой пупок, пока не смогу ускорять своё мышление осознанно, — грустно заключила Вербицкая, после чего тряхнула головой и, вытянувшись струной, договорила хорошо знакомым и привычным мне тоном Ледяной Дамы: — Надеюсь на твою помощь, наставник. Я готова работать.
— Вот и славно, — покивал я. — Вечером заглянешь в наш с Ольгой номер, я покажу тебе упражнение. Тренироваться будешь каждый вечер и утро не меньше чем по четверти часа.
— Ясненько, — отозвалась Мария, и тут же начала отгребать в сторонку… перемещаясь поближе к закончившему свои экзерсисы Лёне, только что устало устроившемуся рядом с сестрой на лавке у выхода с демонстрационной площадки полигона.
— Иди уже, — махнул я рукой, и Вербицкая тут же сорвалась с места, чуть не сбив по дороге рвущихся ко мне Ингу и Анну. Да… я же обещал себе устроить девчонкам допрос на предмет совершённого ими великого открытия трансмутации воздуха в пиво! Вот и займусь этим безусловно важным делом. Только… а где реквизит?
— Оленька, — я обернулся к жене. Та лениво приоткрыла один глаз и вопросительно уставилась на меня. Чисто кошка… — Солнце моё, там под скамьёй лежит пакет. Подай мне его, пожалуйста…
К моменту, когда младшие ученицы оказались рядом, у меня в руках уже был свёрток с приготовленным заранее реквизитом.
— Взятка? — потыкав пальцем в пакет, деловито осведомилась Инга.
— Не-не-не, это от души, — со всей возможной искренностью возразил я. Даже головой помотал для верности.
— Да? — в голосе Аннушки послышались нотки неподдельного разочарования. — А мы думали — тортик…
— Так… — я запнулся и, сунув нос в пакет, кивнул. — Он и есть.
— От души? — прищурилась Инга.
— Конечно, — уверенно ответил я.
— Нам? — с подозрением уточнила Анна.
— А кому же ещё? — удивился я.
— Здорово! Тортик от души, в подарок от нашего наставника! — Инга расплылась в довольной улыбке. Девчонки переглянулись, кивнули друг другу и, забрав у меня из рук свёрток с угощением, решительно потопали к стоящим чуть в стороне близняшкам.
— Э-э, а как же… — протянул я.
— За взятку! — в унисон отозвались мелкие, даже не обернувшись.
— Так тортик же…
— А это подарок от души. Сам сказал! — под смешки остальных учеников проговорила Ольга. У-у, заговорщики. Хохочут ещё.
Ладно, пошутили и хватит. Я хлопнул в ладоши и смех смолк.
— Так, тортик оставляем в качестве десерта на вечер и дружно выдвигаемся к отелю, — произнёс я. — Мила, Лина… наше время на полигоне вышло, но, завтра в восемь утра я жду вас здесь вместе с Елизаветой. Это ясно? Гут. Оля, будь добра, проконтролируй, чтоб наши сладкоежки хорошо поужинали, прежде чем дорвутся до тортика. А после доставь их в наш номер. Остальным… до утра свободны. Вопросы?
— Нет вопросов, — звонко отозвались ученики и мгновенно исчезли из виду.
После ужина я таки добился внимания младших учениц, и те, наконец, раскрыли секрет «пивного фонтана», которым Инга так ловко «угостила» подпалённого Милой белопиджачника из Иссторма. И надо признаться, проделка Роговой меня удивила. Не сложностью или какой-то уникальностью, но своим остроумием. Девочка, не имеющая никакого таланта к эфирным или стихийным манипуляциям, воспользовалась единственным доступным ей способом оперирования энергией, то бишь, рунами. |