Но, небо над нами сияет чистой голубизной, слегка разбавленной перьями далёких, плывущих у горизонта облаков, палит жаркое летнее солнышко, да трепещут на ветру зелёной листвой тонкие берёзки, а в воздухе уже потянуло дымком от разожжённого старым егерем костра. Ольга, занявшаяся «сервировкой» покрывала, расстеленного на поросшей невысокой травой поляне, сосредоточенно нарезает хлеб и мясо на бутерброды, чтобы нам было чем утолить проснувшийся за время пути голод, а мне пришлось заняться установкой палатки для нашего сопровождающего… ну, не заставлять же его ночевать в спасплатформе, в самом деле? Хотя, я честно предлагал ему воспользоваться свободной складной койкой в жилом отсеке, но Сергей Львович напрочь отказался спать в одном помещении с дочерью своего боярина. Невместно, видите ли. Вот и пришлось ставить для него палатку, благо егерь не забыл прихватить её в дорогу вместе с кучей не менее необходимых вещей. В общем, как не посмотри, а получается натуральный пикник на пленэре.

С приготовленным на скорую руку перекусом мы расправились довольно быстро. И причиной тому был наш ёрзающий от нетерпения сопровождающий. Сергей Львович только что не извертелся, дожидаясь, пока мы, наконец, допьём свой чай, и можно будет отправиться на разведку по окрестностям. Я было заикнулся о том, что в прошлый приезд мы с Олей уже прошвырнулись по округе и точки засечённых аномалий уже скинуты на план-карту самого Роста, но бывший егерь только фыркнул в ответ. Мол, лучше своими глазами всё увидеть и своими ушами всё послушать, чем довериться возможно устаревшим данным и, весело шагая по вроде бы чистой тропе, с разгону вляпаться в какую-нибудь «неучтёнку».

Спорить с Сергеем Львовичем мы не стали. Смысл, если доводы его были разумны и вполне толковы? Так что, закончив с перекусом, мы поднялись на ноги и, сняв с кормы машины закреплённые на ней мотоциклы, отправились в путь. Рыжий легко принял на свою спину нас с Ольгой и тихо заклекотал двигателем, а следом подал голос и его брат-близнец синей расцветки, осёдланный Ростом. Миг, и обе двухколёсных машины резво стартанули с места.

Поддавать огня на полную, мотаясь по заросшим и давно оплывшим стёжкам — дело дурное, и до первой «засечки» мы держали скорость едва ли больше двадцати пяти-тридцати километров в час. А добравшись до предполагаемой зоны влияния аномалии, бывший егерь и вовсе велел заглушить двигатель, и дальше мы пошли пешком.

Вот тут-то от прежнего нетерпения Роста не осталось и следа. Миг назад перед нами был немолодой, возбуждённый возможностью вспомнить былое, мужчина. Щёлк, и на его месте уже стоит настороженный боец в обмятом камуфляже и разгрузке, готовый к любой неожиданности. Только «колошмата» на груди не хватает. А уж когда Рост двинулся с места и словно поплыл над землёй, вызвав удивлённый взгляд Ольги, я и вовсе не сдержал улыбки… и скользнул следом.

Оля изумлённо вздохнула, и на этот звук тут же среагировал наш сопровождающий. Проследив за её взглядом, Рост понимающе усмехнулся и, одобрительно мне кивнув, обратился к замершей на месте бывшей Бестужевой:

— Держись шагах в десяти за нами, бояры… ня, — чуть запнувшись на последнем слове, произнёс Сергей Львович и после короткой паузы добавил: — да постарайся идти потише. Помнишь, как учили вас с Лёней по лесу ходить?

— Помню, — тряхнув русой гривой волос, кивнула Оля и, смахнув с лица выбившийся локон, тихо чертыхнувшись, принялась ладить на голову платок-бандану, до того болтавшийся у неё на шее подобно пионерскому галстуку. Правильно-правильно. Впереди перелесок, с достаточно густым кустарником, запутаться в котором волосами — плёвое дело. Я на автомате поправил своё кепи и, дождавшись жеста-приказа бывшего егеря, двинулся следом за ним, одновременно раскочегаривая своё эфирное чутьё на полную.

Пройти нам удалось всего лишь шагов сто.