– Чепуха! – сказала она. – Меня приняли очень достойно. Я не люблю церемоний. Приходите ко мне в четверг на прием в Монтэгю-хауз. И конечно, я вас тоже еще навещу. Мы ведь соседи.

– Я чувствую, эти два часа просто-напросто приснились мне, – сказала леди Дуглас.

– Всегда говорили, что она слишком эксцентричная.

– Кто бы поверил, что она… эта женщина… наша будущая королева.

– Все, что мы о ней слышали, должно быть, правда.

– Какое приключение! – сказала леди Дуглас. Она посмотрела на мужа. Он был храбр и отважен, и дела его шли неплохо. Он получал пенсион за участие в обороне Сен-Жан д'Акра вместе с сэром Сиднеем. Но в семье она была главной, она всегда знала, что делать, он во всем доверялся ей.

Когда она предложила, чтобы веселый холостяк сэр Сидней жил в их доме, когда он бывает на берегу, муж не возражал, а если бы даже узнал, что между ними существует связь, все равно бы не возражал. Он был не из тех, кто возражает, и это подходило леди Дуглас и сэру Сиднею.

Но чтобы к ним в дом пришла принцесса Уэльская, как простая сельская женщина!

– Я знаю, у вас прекрасная дочь… – передразнила леди Дуглас с сильным акцентом. – Как удивительно!

– Вы находите ее привлекательной? – спросил сэр Джон.

– Я бы сказала, что это знакомство намного привлекательнее самой принцессы, – с ухмылкой заметила леди Дуглас.

– Вы думаете, оно может принести нам удачу?

– Надо сделать все, чтобы принесло. Боже правый, разве вы не видите, что это может означать для нас. Высокопоставленные друзья! Мой дорогой друг и соседка – мадам Каролина. Она явно сумасшедшая, она дикая… она ведет себя странно. Да, это все так. Но она принцесса Уэльская!

– Сидней, кажется, увлекся ею.

Леди Дуглас отвернулась, чтобы скрыть гримасу.

– Он непременно должен увлечься принцессой Уэльской. И вы должны… и я, мы все должны, если у нас есть хоть чуточку ума.

Леди Дуглас оставила мужа и пошла к себе, как она сказала, обдумать все хорошенько на досуге.

Из окна она наблюдала за возвращением сэра Сиднея, а когда тот вернулся и поднялся к себе в комнаты, которые она отвела для него, она уже поджидала в его спальне.

– Ну? – потребовала она.

– Это фантастическая вещь! Я едва могу поверить.

– Она сама и есть фантастическая вещь, вы правы.

– Ну, ну, Лотти. Вы говорите о принцессе Уэльской. Помните это.

– Я верю, что вы уж точно запомнили.

– Ну и что это значит?

Она бросилась к нему и обняла его за шею.

– Вы хорошо знаете. Он рассмеялся.

– Я… и принцесса Уэльская! Перестаньте, Лотти! У вас слишком пылкое воображение.

– Следите, чтобы не давать себе волю во всем, что касается этой женщины.

Он снова рассмеялся и обнял ее.

– Ваше свободное время принадлежит мне, – нежно шепнула она ему. – Помните это.

– Как будто вы мне дадите забыть.

– И верно, не дам. Но если вы забудете, быть беде. Вы знаете.

– Я знаю мою Лотти.

Как довольна она была, что отважилась в тот день навестить Дугласов. Они много развлекались теперь вместе, а сэр Сидней всегда был на приемах заводилой и шалил напропалую. У него был талант придумывать всякие игры, и очень часто это были игры в фанты. А цена, которую он требовал с дам, это, конечно же, поцелуй. Подобные развлечения вызывали веселое оживление. А когда Каролине выпадало платить за свой фант, сэр Сидней не менял условия, и Каролина его сердечно целовала.