«В самом деле, проще простого, – подумал Сэм. – Остается только щелкнуть пальцами».

– А где кучер? – внезапно заинтересовалась девушка.

– Свалился где-нибудь по дороге. Лежит на обочине и дрыхнет, спьяну думая, что он в собственной постели.

– Может, стоит его поискать?

– То есть вернуться назад? – ехидно осведомился Сэм. – Если нужно, то до самой станции, верно?

– Но ведь он, быть может, расшибся!

– Очень на это надеюсь, – сказал он с чувством. – Этот болван чуть не угробил нас обоих. Учтите, я не собираюсь пешком пересекать половину Дартмура, чтобы оказать помощь человеку, едва не лишившему меня жизни. И вам не советую. Кстати, разве вашего мужа не обеспокоит ваше долгое отсутствие?

Пару секунд она лишь молча хлопала глазами, потом спохватилась:

– Ну конечно, обеспокоит!

– Он выйдет вас встречать, а когда дилижанс не прибудет вовсе, организует поиски. Можно сказать, мы спасены, ведь так?

Лидия медленно кивнула, но безнадежный взгляд, которым она обвела равнину, подсказал Сэму, что на помощь лучше не рассчитывать. Наступило долгое молчание, которое он счел за лучшее нарушить первым пришедшим на ум вопросом.

– Там все еще кровоточит? – спросил он, осторожно прикасаясь языком к углу рта.

– Чуть – чуть, – рассеянно ответила Лидия, потом придвинулась ближе, чтобы осмотреть ранку.

Она не была брюнеткой, как ему показалось вначале, когда тень от шляпки придавала ее волосам иной оттенок. Сейчас, когда отдельные пряди выбились из прически, было видно, что они каштановые с золотым отливом – того же цвета, что и глаза, – и вьющиеся на концах. Один локон устроился в изгибе шеи, мягкий и блестящий, как шелковая ленточка.

Закусив нижнюю губу, Лидия размышляла, стоит ли снова заняться врачеванием посредством болотной воды. Сэм таким образом получил возможность близко рассмотреть ее лицо с трогательным выражением симпатии. Безотчетно играя на ее добросердечии, он приоткрыл рот, коснулся больного места и содрогнулся.

Лицо, склонявшееся к нему, было милое, хотя не каждый ценитель женской красоты назвал бы красивым ее рот с тонкой верхней и полной нижней губой. Как бы то ни было, это. был рот, влекущий к себе, рот под стать худощавой фигуре с круглыми ягодицами. С точки зрения Сэма, такая фигура и была самой что ни на есть привлекательной. В лице Лидии было мало округлостей – это был изящный овал с чуть впалыми щеками и очень прямым носом с тонкими крыльями. К этому как нельзя лучше шел большой выразительный рот.

Пауза затянулась. Сэм слегка улыбнулся и энергично подвигал нижней челюстью, давая понять, что устроил маленькое представление, а на деле все обстоит не так уж плохо. Предсказать реакцию этой девушки было нелегко, но он ло надеялся, что обойдется без выговора.

Лидия охотно улыбнулась в ответ, а потом и вовсе засмеялась. У нее был легкий, приятный смех, но он не длился долго. Вспомнив о своем замужнем положении, она смутилась и вспыхнула. Маленькая лгунья! Но смеяться она не перестала. Сэм не выдержал и тоже расхохотался, позабавленный, как никогда в жизни.

Чтобы описать «миссис Браун», пришлось бы поставить рядом немало противоречивых определений: дерзкая, изобретательная, до смешного добросердечная, прямодушная и при этом способная на обман. Ну и наконец, не слишком чопорная, если вспомнить подол, поднятый для удобства передвижения по болоту. Сколько англичанок предпочло бы погибнуть в трясине, лишь бы не выйти за рамки приличий!

Сэм решил, что «миссис Браун» (или как там ее) ему по душе со всеми ее недостатками.

– Что это с нами обоими? – неожиданно спросила она, согнувшись при новом приступе ничем не оправданного смеха.