– Я только хотел проявить твердость…

– И ты ее проявил. Куда уж тверже!

– Лидди!

Поистине она имела над ним власть – столько власти, что кружилась голова. Все в ней пело, ликовало, благодарило судьбу за неожиданный дар. Но радость отзывалась печалью, потому что Сэм был отнюдь не в восторге. Ему не улыбалось покориться ей. Лидия не винила его, она и сама побаивалась собственного триумфа. Но мог же он хотя бы понять!

– Пойми, мне предстоит выйти замуж по чужой указке. По указке жить, заводить полезные знакомства, давать предписанные правилами вечера и балы. Ты хочешь лишить меня свободы выбора? По-твоему, я не имею права даже подарить свою девственность по собственному усмотрению? Позволь мне хотя бы это! Дай мне шанс один – единственный раз сделать то, что хочется мне самой!

Сэм молча, прищурившись, недоверчиво смотрел на нее. Он не верил ей, но и не спешил повернуться спиной. Он чего-то ждал.

– Мы с тобой птицы разного полета, Лидди, – сказал он наконец. – Я хочу, чтобы ты поняла: я не… – он запнулся, но упрямо продолжал, – недостаточно хорош для тебя.

Лидия на секунду задумалась над его словами, потом отмела их нетерпеливым движением плеч.

– Здесь и сейчас ты для меня хорош, лучше и быть не может. Здесь и сейчас ты воплощаешь все мои мечты.

По телу ее прошла дрожь. Оставаться в мокром белье было холодно, но дрожала она по иной причине: отчасти это был страх перед собственной дерзостью, отчасти трепет непобедимой женственности, биение великой силы, способной укротить мужскую мощь, заставить мужчину смириться перед лицом женщины и ненадолго покориться ей. Взгляд Сэма медленно прошелся по Лидии с головы до ног. Он облизнул губы. Возможно, он все еще сердился, но это было не важно, потому что он самым очевидным образом желал ее. Его мокрые брюки натянулись в паху, обрисовали контур его возбужденной плоти.

Лидия была ошеломлена. Его было так много! Опыт последних дней не подготовил ее к финалу. В том, как вызывающе выдавалась эта часть тела, было нечто невыразимо агрессивное. Мало того, что она была длинной и толстой сама по себе, она еще заканчивалась утолщением!

Лидия судорожно глотнула. Сэм шагнул к ней и остановился совсем рядом, намеренно расставив ноги и выпятив живот, словно бросал ей вызов. «Ты не осмелишься!» – отразилось на его лице. Но первый испуг уже прошел. Лидии хотелось увидеть его во всей великолепной наготе и коснуться всего того, что было чисто мужским. Она хотела повторить интимное объятие, ощутить между ног жар его плоти, вот только не верилось, что эта громадина уместится внутри ее тела. И все равно – она хотела этого. Хотела почувствовать его внутри.

Невероятно! Всю жизнь Лидию учили избегать «низменных сторон жизни», не давать им доступа даже в мыслях. Она привыкла жить по этой заповеди. Но сегодня она чувствовала себя храброй до безрассудства и не стыдилась признаться себе, чего хочет.

– Ты не знаешь, как ты прекрасна! – прошептал Сэм.

Откуда ей было знать? Она никогда не считала себя даже хорошенькой. В иной ситуации Лидия прежде всего прислушалась бы к изумлению в голосе Сэма. Он словно и сам был поражен своим открытием. Но в этот миг она безоговорочно поверила сказанному и ощутила себя красавицей. Это было так чудесно, ее заветная мечта сбывалась! Ею восхищался мужчина, которого она выбрала сама и который должен был стать для нее первым.

Дальнейшее произошло очень быстро. Сэм схватил Лидию в объятия – не привлек, а буквально рванул к себе. Она ахнула, уже через мгновение они оба падали на землю, У

Лидии захватило дух, словно от полета на качелях. Сэм приземлился на колено, крепко держа ее за бедра.