— Сейчас запла́чу, если вы будете так говорить. Не забудьте, что я воевал в Испании на стороне республиканцев. Что, дьявол побери, вы думаете, делали немецкие пилоты, воевавшие на стороне Франко? Слышали когда-нибудь о Барселоне и Гернике?

— Странно, мистер Девлин, ясно видно, что вы возмущаетесь нами, а я-то думал, что ненавидите вы англичан.

— Англичан? — рассмеялся Девлин. — Конечно, они ведь — как теща. Что-то, с чем миришься. Нет, не англичан я ненавижу, а проклятую Британскую империю.

— Значит, вы хотели бы видеть Ирландию свободной?

— Да. — Девлин взял еще одну русскую папиросу.

— Тогда, согласитесь, с вашей точки зрения, лучше всего можно достигнуть этой цели, если Германия победит в войне.

— Свиньи, может, и начнут скоро летать, — сказал ему Девлин, — но я в этом сомневаюсь.

— Тогда зачем же вы в Берлине?

— Мне не приходило в голову, что у меня есть выбор.

— Есть, мистер Девлин, — тихо сказал полковник Радл. — Вы можете поехать в Англию по моему поручению.

Девлин удивленно уставился на него, онемев, наверное, впервые в жизни.

— Господи спаси, но этот человек сошел с ума.

— Нет, мистер Девлин, я в здравом уме, уверяю вас. — Радл придвинул к Девлину бутылку коньяка и рядом положил папку из манильской бумаги. — Выпейте еще и прочтите содержимое этой папки, а потом мы поговорим.

Он встал и вышел.

Когда через добрых полчаса Девлин так и не показался, Радл открыл дверь и вошел в кабинет. Девлин сидел, положив на стол ноги и держа в одной руке донесение Джоанны Грей, а в другой — стакан коньяку. Уровень в бутылке значительно понизился.

Он поднял голову:

— Пришли наконец? Я уже начал думать, что с вами что-то случилось?

— Ну, что вы об этом думаете? — потребовал Радл.

— Напоминает мне одну историю, которую я слышал мальчиком, — сказал Девлин. — Произошла она во время войны с англичанами в двадцать первом году. По-моему, в мае. История касается человека по имени Эммет Долтон. Того самого, который позже стал генералом армии свободного государства. Вы когда-нибудь о нем слыхали?

— Боюсь, что нет, — сказал Радл с плохо скрытым нетерпением.

— Мы, ирландцы, назвали бы его славным парнем. Служил в британской армии всю войну, получил за храбрость «Военный крест», а затем вступил в ИРА.

— Простите, мистер Девлин, но это имеет какое-нибудь отношение к делу?

Казалось, Девлин не слышал.

— В тюрьме Маунтджой в Дублине находился человек по имени Макеойн, тоже славный парень, но, несмотря на все, ему светила только виселица. — Девлин выпил еще коньяка. — У Эммера Долтона на этот счет были другие соображения. Он украл английский бронеавтомобиль, надел свою старую майорскую форму, одел несколько своих ребят в английскую форму, обманом проник в тюрьму и направился прямо в кабинет директора. Представляете?

Теперь Радл слушал с интересом.

— И они спасли Макеойна?

— К несчастью, это было то единственное утро, когда на заявление встретиться с директором он получил отказ.

— А эти люди… с ними что произошло?

— Ну, была небольшая перестрелка, но они ушли. Однако какое нахальство. — Он усмехнулся и поднял донесение Джоанны Грей: — Совсем как это.

— Как вы думаете, получится? — нетерпеливо и требовательно спросил Радл.