Усевшись за столик, я подозвал хозяина (которого действительно звали Трим) и заказал вина, миску рыбного супа и порцию дичи, жарившейся на вертеле и пахнувшей весьма аппетитно. Очевидно, повара поливали ее смесью меда и лимонного сока, отчего пламя весело плясало в очаге, а мой живот зарычал, словно тсер.

Трим обслуживает своих клиентов очень быстро, да и кухня его по праву слывет превосходной. Я от души надеялся, что они не станут допрашивать беднягу, а уж если возьмут его в оборот, то обойдутся с ним достаточно мягко.

Я ел, пил, отдыхал и пытался спланировать свой следующий шаг. Последнее оказалось самым непростым делом, а все остальное получалось очень легко, ведь у меня как-никак имелся достаточно большой опыт в этих вопросах. Лойош тоже проголодался, и меня немного мучила совесть, но от него требовалось оставаться на своем посту. В результате моя трапеза сопровождалась его непрерывными жалобами. Тем не менее я смог в полной мере получить от нее удовольствие. Наконец Лойош сказал:

— Босс, он решил зайти в таверну.

— Ладно, — ответил я и поставил шпагу к стене у себя за спиной, где она не должна была привлекать внимание.

Потом я проверил, на месте ли кинжал, и подобрал с тарелки остатки соуса хлебом — у Трима отличный черный хлеб с семечками.

В зал вошли оба — мужчина и женщина. Они остановились передо мной; видимо, им дали новые указания. Я посмотрел на них с выражением полнейшей невинности, сдобрив его толикой искренней тревоги.

— Лорд Калдор? — спросил мужчина.

Я кивнул.

— Могу я с вами поговорить?

Я кивнул опять.

— Я лейтенант Домм, а это младший лейтенант Тиммер из Императорской Гвардии ее величества.

Я кивнул в третий раз. У меня обнаружился своего рода скрытый талант к исполнению этого несложного движения. Они сели за мой столик, хотя я их не приглашал; наверное, решили, что так им будет легче меня запугать. Между тем я попытался сделать вид, что напуган, но всячески скрываю свое состояние. Не думаю, что у меня получилось, — гораздо легче сделать вид, что ты крут, когда тебе очень страшно, чем прикидываться трусом, когда ты крут. Во всяком случае, для меня.

— Нужна помощь, босс?

— Пока нет, Лойош.

— Мы бы хотели задать несколько вопросов. Нам удалось установить, что вы говорите разным людям, что наше расследование ведется не слишком тщательно. Хотелось бы узнать, почему вы так поступаете.

Я подумал, что меня продала Риига, а не Эндра, и ответил следующим образом:

— Видите ли, милорд, сегодня я побывал в ратуше, где они, то есть вы, говорили со всеми подряд. Но, когда я рассказал все, что мне известно, на мои слова не обратили ни малейшего внимания, и тогда я пришел к выводу…

— Чепуха, — оборвала меня Тиммер, до тех пор молчавшая. — Какова настоящая причина?

— Другой причины…

Она повернулась к Домму и сказала:

— Давай захватим этого парня с собой и немного поработаем над ним. У нас нет времени на препирательства.

— Прояви терпение, — ответил Домм. — Я уверен, он сам нам все расскажет.

— Зачем ждать? Мы можем содрать с него шкуру.

Домм покачал головой:

— Только в том случае, если у нас не будет другого выхода. Наш хозяин не любит, чтобы мы вышибали мозги всем подряд — он говорит, что так следует поступать только в чрезвычайных обстоятельствах.

— А как он узнает?

— Давай сначала расспросим его по-хорошему.

— Ладно, ты у нас лейтенант.

Он кивнул и вновь повернулся ко мне. Мне становилось все труднее сохранять испуганный вид. Посетители ресторана отсели подальше, а Трим с беспокойством поглядывал на нас.