Отулисса выждала время, а потом сжалилась над несчастной, бросив еще одну загадочную фразу:

   — Да-да, если бы Виззг носила защиту из диамагнетика, ничего подобного с ней бы не произошло!

   — Ч-ч… — Номер 92–01 быстро захлопнула клюв, проглотив едва не сорвавшийся вопрос. — Как интересно… — уныло промямлила она.

   Вечером того же дня, возвращаясь в свою пещеру, Копуша с Отулиссой наконец-то смогли обменяться впечатлениями.

   — Я очень довольна разговором с 92–01, — заявила Отулисса. — Но что дальше? Мы ни на шаг не приблизились к разгадке и до сих пор не знаем, зачем эта сипуха ворует крупинки и что с ними делают в Библиотеке. Интересно, куда наша 92–01 прячет наворованное и каким образом Чистым удается получить эти крупинки? Нет, нужно как можно скорее потолковать с Сореном. Как жаль, что сейчас нет сонных маршей!

   Луна снова пошла на ущерб, так что оставалось еще по крайней мере два дня до возобновления процедур в Сычарнике. А пока обитателям Сант-Эголиуса разрешалось спать в своих каменных пещерах.

   Отулисса так и подпрыгнула от неожиданности, когда посреди приятного сна о полете сквозь густой лес по следу весьма аппетитной полевки ее разбудил ласковый толчок надзирателя. В их с Копушей каменной норе настоятелем служил нескладный старик из породы бородатых неясытей, который почему-то просил называть себя Каморочником.По обычаю надзирателей он постоянно обещал Отулиссе разные поблажки и привилегии:

   — Детка, если бы ты знала, как мне жаль тебя будить. Ты так сладко спала, ну прямо как птенчик! Когда вернешься, я уж непременно побалую тебя чем-нибудь свеженьким, вкусненьким и с кровушкой. Но сейчас, дорогуша, тебе оказана такая честь, такое доверие… — Каморочник угодливо сгорбился, всем своим видом показывая, что не может без трепета говорить о таком почете. — Знаешь, кто хочет тебя видеть? — прошептал он и тут же зашелся сиплым смехом. — Ох, старый я дурак! Сам не заметил, как задал вопрос. Но ты ведь не выдашь меня, правда? Такая славная детка не станет ябедничать на старого глупого Каморочника?

   Глаукс Всемогущий, никогда еще он не казался Отулиссе таким мерзким, как сейчас! Однако она сдержалась и вежливо ответила:

   — Нет, конечно, я никому ничего не скажу.

   — Славная девочка, умничка, — умильно зашипел Каморочник. — Так вот, тебя хочет видеть сама командор Виззг!

   Отулисса изумленно вытаращила глаза.

   — Буду с тобой откровенен — это великая честь, — продолжал надзиратель. — А теперь пойдем, я тебя провожу.

   Следом за стариком Отулисса побрела по узким коридорам и каменным трещинам каньона. Вообще, Сант-Эголиус был приспособлен для ходьбы гораздо лучше, чем для полета.В его тесных коридорах и бесконечных удушливых туннелях даже как следует расправить крылья было невозможно. А поскольку ветра не заглядывали на дно глубокого каменного ущелья, воздух здесь всегда был затхлым. Даже в тех редких местах, где можно было взлететь, делать это приходилось прямо с земли, мощными махами крыльев. Что и говорить, Сант-Эголиус был идеальной тюрьмой для маленьких совят с неразвитыми летными навыками!

   Пещера Виззг и Ищейке находилась на вершине одного из утесов. Отулисса никогда здесь раньше не бывала, хотя много слышала об этом месте. Каморочник привел ее на относительно широкую площадку и начал с усилием расправлять крылья. Как у всех бородатых неясытей, размах его крыльев был просто гигантским, так что Отулиссу едва не сбило с лап могучим потоком воздуха.