— Это похоже на арест…

— А это похоже, что вы упорно отказываетесь помогать в обороне… Или вы боитесь, что ваши офицеры напишут что-то не то? Так и думала, тогда и вам нечего переживать. А насчет ареста… Где вы видели, чтобы арестантов поили лучшим вином и кормили деликатесами? Поверьте, все у вас будет там по высшему разряду. — Элайна крикнула, и на ее голос сразу вошли два гвардейца. — Проводите шевалье в комнату отдыха, — кивнула она им.

Дорстен Лерийский беспомощно глянул на капитана, но тот безучастно смотрел куда-то в угол. И никто из присутствующих так же не пришел ему на помощь…

— Все свободны, — буркнула Элайна, когда заметила, что все остались на своих местах, продолжая смотреть на неё…

Члены комитета быстро поднялись и направились к выходу, но тут Элайна остановила капитана.

— Граф Дайрс, я вас попрошу задержаться ненадолго.

Капитан молча вернулся на своё место и вопросительно посмотрел на девочку. Та помолчала немного.

— Капитан, я мало что поняла из слов шевалье, но вы человек военный и наверняка поняли намного больше, чем даже он сказал. Если вам есть что сказать, лучше скажите сейчас.

— Зачем это?

Элайна отвернулась. Снова помолчала.

— Картен, — наконец заговорила она. — У меня были на него планы. Может это неправильно, но о потере Картена я жалею даже больше, чем о двух тысячах солдатах…

— Две с половиной, — буркнул капитан.

— Две с половиной, — согласилась Элайна. — И я успела узнать Картена. Никогда не поверю, что он нарушил приказ и ввязался в какой-то там бой, не обдумав всё десять раз.

— Действительно ли это нужно знать перед угрозой гарлов?

— Мне нужно. Капитан, с вашей помощью или нет, но я все равно докопаюсь до правды, клянусь. Когда меня пытаются водить за нос, я чувствую это. Сама такая, потому, может, вижу, когда подобное пытаются проделать со мной. Я не понимаю ваши военные дела, но, когда вместо информации начинают лить воду, это наводит на некоторые мысли.

— Лерийский облажался, — наконец решился капитан. — Если я правильно понял ситуацию, то они слишком близко подошли к гарлам. А потом, видно, шевалье решил перед отходом побить один из их отрядов, который показался ему слабым, видимо, авторитет пытался поправить перед вашим отцом. А отряд, похоже, был приманкой. Их зажали. Удивительно, что шевалье с этим отрядом удалось уйти. Наверное, гарлам либо сил не хватило, либо опыта. И что вы, ваша светлость, собираетесь делать теперь с этой информацией? Привлечете Дорстена к ответственности?

Элайна промолчала. И правда, что? Казнить за поражение? Да если каждого военачальника казнить за одно поражение, даже серьезное, военачальников не наберешься. Даже её отец терпел поражения в битвах. Девочка даже сгорбилась в кресле.

— Я не знаю…

Капитан поднялся, подошел к ней и похлопал по плечу.

— Вот это и есть настоящая ответственность руководителя. Когда нужно принимать не только победные реляции, но и решать такие вот вопросы. Порой приходится закрывать глаза на поступки людей, которых, по справедливости, нужно привлекать к ответственности. Хотя бы за то, что нарушил приказ об избегании боя. Но мы не знаем, что там было на самом деле, я ведь только предположение высказал, своё впечатление по рассказу шевалье. Возможно, у него и не было возможности боя избежать. А реально… подорвем дисциплину в пограничной армии. К тому же Лерийский, может, и плохой командир, но хороший организатор, что не раз доказывал. Надо просто учитывать это. Так что?

Элайна молчала минуты три.

— Вы решаете военные дела, капитан, — наконец буркнула она.