— Дорогая, мы как раз обсуждали этот вопрос. Но мы не можем просто пойти и всё решить — у нас не хватит сил.

В этот момент в кабинет вошёл Ларс. Герцог недовольно глянул на него, но промолчал.

— Мама! — Он чуть поклонился.

— А вы куда смотрели? — сразу накинулась на него Лейла. — Почему сразу не велели сестре возвращаться?

— Мама, как мы могли её заставить…

— Ларс! — оборвал его Айрин.

Лейла прищурилась. Глянула на мужа, сына.

— Что вы от меня скрываете⁈ Говорите, что скрываете?

— Папа…

Герцог молча обошел стол и сел в свое кресло, положив локти на столешницу и вперив взгляд в жену.

— Лейла, прекрати истерику. Если ты думаешь, что я не переживаю о дочери, то напрасно. Но бегать и кричать не выход.

— Боже… Это всё из-за тебя! Если бы ты не отправил дочь…

— Надо было запереть её в замке и вообще никуда не выпускать? Хватит, я сказал! Я устал от вашей войны с дочерью. То ты кричишь, что она не твоя дочь и что видеть её не хочешь, то устраиваешь истерику, требуя немедленно её спасать. Я долго терпел это, но сейчас уже прошу — определись. Либо она чужак, которая захватила тело твоей дочери, тогда не надо тут устраивать истерику, либо она всё-таки твоя дочь, тогда прекрати пытаться её переделать в прежнюю Элайну.

Герцогиня, похоже, даже опешила от такой отповеди. Обычно муж терпеливо выслушивал её, пытался в чем-то убедить, а тут…

— Дорогой, мне кажется, сейчас не самое подходящее время для споров…

— Нет, как раз сейчас самое время. Потому что я только недавно понял, насколько тяжело всё воспринимала Элайна и что ей приходилось терпеть, в том числе из-за меня, когда я просил её дать тебе еще один шанс, что ты всё поймешь, что примешь её. Хватит! Доигрались!

— Что ты имеешь в виду? — Лейла испуганно глянула на мужа, сына. Тот мрачно отвернулся.

— Пап, ты уверен? Мы ведь не хотели показывать.

— Уверен. Пора уже вскрыть этот нарыв. Хватит делать вид, что всё нормально. — Айрин вытащил из ящика стола письмо и перебросил его жене. — Читай.

Та неуверенно взяла листок. Внимательно прочитала. Отбросила.

— Вот! Вот! Это всё она! Не могла моя дочь такое написать! Чтобы она осталась там в окружении! Она хочет окончательно её убить! Если Элайну не вытащить срочно, то она окончательно превратится в чудовище!

Айрин прикрыл глаза.

— Ты, кажется, не поняла главного, — проговорил он. — Твоя дочь уже не считает тебя близким человеком. Она даже не упомянула тебя.

— Вот! Это только говорит, что письмо не могла написать моя дочь! Моя дочь любит меня…

— Мама! — рявкнул Ларс. — Я бы сам так написал, если бы ты ко мне относилась так же, как к Элайне! Я много раз пытался тебе это сказать, но ты же не слушаешь! Элайна моя сестра! Не чудовище, не она! ОНА МОЯ СЕСТРА, МАМА!!! Хватит называть её «она»!

Лейла даже отшатнулась от сына, с таким напором он заговорил.

— Она тебя тоже приворожила…

Ларс взревел и выскочил за дверь, не став слушать. На миг в приоткрывшуюся дверь стал виден краешек платья Ларии, но в комнату она заходить не стала.

— Лейла… — Герцог говорил веско, чеканя каждое слово. — Больше я терпеть твоих выходок не буду. Я тоже устал. Если ты считаешь, что твоя дочь мертва, пусть так и будет. Кажется, сама Элайна с этим тоже согласна. Но перестань уже то волноваться за неё, то шарахаться как от дьявола! Тебе все! Все, и маги, и священники говорили, что она твоя дочь, просто… Смешение душ с астральным близнецом, но она всё равно твоя дочь!

— И ты… — Лейла встала и вышла.