— Просила же без скандалов… Хотя чего с мелких взять…

Стараясь не шуметь, подошла ближе, нахмурилась, узнав тех, кого окружили. Аргот, Дария и Шольт, которого Элайна тоже согласилась пригласить вместе с Арготом, чтобы тому не так одиноко было. Ну и в качестве поддержки. А вот то, что их так быстро вычислили… Хотя Аргот точно не стал бы скрывать, кто он.

Элайна остановилась в стороне, прислушавшись. Собственно, ничего неожиданного — один из индивидуумов, возраста примерно Аргота, толкал проникновенную речь на тему, кто есть кто. Кто тут важный господин, а кто пыль под ногами.

— Я еще узнаю, как вы сюда попали и кто вас пригласил, — презрительно скривившись, говорил он. — Я ему еще скажу, кого следует звать в приличное общество, а кого нет.

Элайна глянула на испуганно прижавшуюся к брату Дарию. На выступавшего. Молча шагнула вперед и встала у говоруна за спиной.

— Начинай, я внимательно слушаю.

Говорун вздрогнул, обернулся и наткнулся взглядом на Элайну. Девочка была не очень высокой, да еще младше, потому вроде как мальчишка смотрел сверху вниз… Ну, вроде как… Остальные дети сообразили не сразу, но тут кто-то, видно, самый сообразительный, склонился в поклоне.

— Ваша светлость, для нас большая честь…

— Большая… Величину вашей чести я имею неудовольствие наблюдать, — Элайна посмотрела на того, кто её приветствовал, кивнула и снова уставилась на заводилу. — Итак, вы хотели что-то мне сказать? Что-то про то, что хотели бы мне указать, кого следует звать, а кого нет. Я слушаю.

— Ваша светлость, — мальчишка испуганно поклонился. — Баронет Лагс Тарнис приветствует вас…

Поскольку ответной приветствие он не услышал, то остался стоять склонившись. Молчание затягивалось.

— Эти, по вашим словам, недостойные тут быть, мои личные гости, которых пригласила лично я, баронет. Я готова выслушать всё, что вы готовы мне сказать, — повторила она.

Мальчишка выпрямился, слегка бледноватый, оглянулся на приятелей, ища поддержки, но все старательно отводили взгляды. Элайна презрительно улыбнулась, наблюдая за этой сценой.

— Так что? Я слушаю.

— Ваша светлость, вы всё неправильно поняли…

— А что тут можно неправильно понять? Вы указывали настоящее место тем, кто, по вашим представлениям, недостоин находиться в приличном обществе. И говорили, что-то еще про того, кто их сюда позвал. Я на слух не жалуюсь, баронет.

— Ваша светлость, я… это… Я подумал, что они пришли без приглашения…

Элайна, склонив голову набок, молча слушала лепет баронета, который пытался как-то оправдаться.

— Хватит, баронет, — оборвала она мальчишку. — Выглядит, откровенно говоря, жалко. Знаете, я ценю в людях их убеждения, даже если с ними не согласна. А худший из трусов тот, кто затевает ссору с тем, кто гарантированно ответить не может, а с равным или более высшим язык сразу оказывается в заднице… Да-да, я знаю это неприличное слово, которое леди знать не положено. Я бы вас, баронет, даже зауважала бы, начни вы отстаивать свои убеждения и передо мной… Увы, все ваши убеждения — желание унизить тех, кто ответить не может. — Элайна оглядела собравшихся. — Ваши имена.

Дети краснели, старательно прятали глаза. Молчали.

— М-да… Вот и вся смелость куда-то делась.

— Леди, — рядом материализовалась одна из тех, кто присматривал за детьми, заметив, что тут происходит что-то неладное. — Прошу вас, пройдемте, мы покажем…

Элайна глянула на подошедшую мадам так, что та тут же замолчала. Потом снова оглядела всех.

— Что, смелости нет даже представиться?

— Леди, не стоит обращать внимания на детскую ссору…

— Которую вы обязаны были пресечь.