— Ну я защитнику пообещала, что если ему удастся кого оправдать, то я выдам премию в сотню динаров. Хм… И судье тоже…

Граф закашлялся от названной суммы.

— А вы не мелочитесь, леди.

— А это много?

Граф сначала ошарашенно глянул на неё, потом хмыкнул.

— Ну да, откуда же вам знать ценность денег. Это много, ваша светлость. Годовое жалованье судьи — сто десять динаров.

— М-да… Неудобно получилось… Но уже пообещала…

Эрмонд Ряжский немного задумчиво помолчал.

— Вот что, леди, полагаю, в вашем образовании есть один досадный пробел: вы совершенно не представляете ценность денег. Это нужно будет исправить. Утром перед заседанием комитета, жду вас у себя в кабинете, будем разбираться с платежными ведомостями. У вас ведь хорошо с математикой? Вот и поможете мне считать.

Элайна с ужасом уставилась на графа.

— Но…

— А заодно это немного сдержит ваш излишне живой характер, — неумолимо отрезал он все возражения.

— Эм… Я больше не буду? — почему-то попытка попросить прощение вышла в виде вопроса. Впрочем, настрой графа это ничуть не поколебало.

— Ваш отец просил дать вам несколько уроков управления, о чем, в свете известных событий, я малость забыл. Пришла пора вспомнить об этом. Или вы с отцом тоже будете спорить?

Девочка обречённо вздохнула. Убедившись, что Элайна смирилась с новыми занятиями, он одобрительно кивнул. Потом уточнил:

— Вот эта премия защитнику… Вас не смущает возможное оправдание предателей?

Элайна глянула в сторону зала со зрителями и покачала головой.

— Не-а. Совершенно. Что-то мне подсказывает, что Единый всё видит и наказание предателей настигнет неизбежно.

— Ну да, — не стал спорить граф. — Единый всё видит.

Эффект от суда оказался намного более громким, чем полагала Элайна. По донесениям её разведки… точнее, восторженным воплям мальчишек Аргота, она сообразила, что новости о суде разносятся по городу со скоростью лесного пожара. Появляются такие подробности, что будь так в реальности, даже капитан поседел бы от ужаса. Там разве что до поедания младенцев не дошло, хотя кто знает, какие слухи начнут бродить через час. У Элайны даже мелькнула мысль подкинуть такую идею, но тут же с ужасом её прогнала. И так всё вышло из-под контроля… Ну, судя по воплям Шольта, делившегося новостями в своей манере.

— А там! А они! И все! Пыщ, дых…

— Кто кого и зачем? — с тоской поинтересовалась Элайна, потеряв надежду разобраться в этих выкриках. В общем-то, после суда, она устроила себе небольшой перерывчик, отсидевшись в ку… гм… у леди, а потом отправилась к Арготу и компании, в надежде узнать последние новости из города и как там восприняли сам суд, полагая, что за это время мальчишки уже соберут слухи.

— Да говорю же! — Шольт ничуть не потерял энтузиазм. — Там люди обсуждают всё. Уже пару шпионов сдали…

Элайна горестно вздохнула, предвидя втык от Строжа… Ну, фигурально выражаясь. Вряд ли он осмелится на реальный. Придётся как-то задабривать.

— Судя по всему, там половина города сейчас ходит в шпионах, а вторая в стражниках, — пробурчала она.

Аргот со смешком посмотрел на озадаченную девочку.

— Опять ваш живой характер, леди?

— Ты еще поиздевайся! — отозвалась Элайна и опасливо огляделась. — Надо срочно сбежать, пока меня Строж не нашел. К вечеру, надеюсь, остынет.

— Думаешь? — поинтересовался Аргот, уже откровенно веселясь.