— Не рано ли ты сдаешься, Осмон?

— А кто сказал, что я сдаюсь? Зачем, по-твоему, я собираюсь отправиться с парламентёром? Я хочу лично посмотреть, чем дышит город и как он живёт за стенами. Всё-таки впервые к его стенам приходит такая армия. Высота и толщина любых укреплений не играет никакой роли, если нет тех, кто готов их защищать. Это я и хочу узнать.

Вальд и хотел бы возразить, но Осмон слишком умён, чтобы с ним можно было играть в какие-то игры. И понимал он многое. Даже планы Вальда легко прочитал. Как понял и то, что они не удались и всё свелось к лобовому столкновению. Отвага против стен. Всё, как любит Лат, но чего старательно пытается избежать Вальд, стараясь обеспечить победу еще до того, как выдвинутся первые отряды. С племенами гарлов это работало, а тут провал. Похоже, Осмон оказался во всём прав, не стоило так лезть, не изучив внимательно противника. Точнее он-то как раз думал, что изучил, но оказалось, что маленькая песчинка в колесе и телега покатилась совсем не туда, куда нужно.

Себе Вальд вынужден был признать, что с ним сыграло злую шутку головокружение от успехов. Он сам поверил в собственный талант и удачу и забыл про осторожность. И теперь приходилось все планы пересматривать заново. И на север идти уже поздно. Одно успокаивает — если удастся захватить Тарлос, то все прошлые их неудачи станут уже неважны.

Наконец дорога сделала поворот, и вдали показались стены Тарлоса. Вальд огляделся, заметил холм и направил коня туда. В этот момент он не знал, да даже если бы и знал, вряд ли это вызвало бы у него хоть какую-то эмоцию, но сейчас он остановил своего коня почти на том самом месте, на котором при подъезде к городу останавливалась и Элайна. Даже на город он смотрел почти с той же точки.

Рядом остановился Лат. Огляделся.

— Красиво. Но будет тяжело. Скоро там наши инженеры пойдут?

— Я решил не рисковать ими, потому отправил их в центр войска. Сейчас они всё равно тут не нужны. Только их главный здесь, скоро он осмотрит окрестности и будет размечать наши позиции.

Лат поморщился, как делал всякий раз, когда речь заходила о каком-то, как он считал, умничаньи. Меч, конь и вперёд. Но он был достаточно умён, чтобы понимать важность инженеров, а также то, что не всегда хорошо бездумно нестись вперёд. Понимать-то он понимал, но это не значит, что всё это ему нравилось.

— Хорошо. Пусть ставят мой шатёр, а когда этот имперец закончит осмотр, пусть идёт ко мне и расскажет, что он там придумал. И вот ещё что… Вальд, захвати Осмона… Должен признать, — тут Лат уже совсем скривился, — его советы бывают полезны. Хитёр, старый лис, и, должен признать, во многом был прав.

Оказывается, Лат не забыл те споры на сходе племён. И он умел признавать ошибки. Вот и сейчас, сидя в седле, он мрачно глядел на городские стены и людей на них. Повернулся в седле и осмотрел подходящее войско.

— Надо бы людей начинать размещать…

— Я бы прислушался к имперцу по поводу лагеря, — заметил Вальд.

Лат только отмахнулся. Как он вообще представляет свести в одно место кучу племён? Без драки точно не обойдётся. И надо ещё сделать так, чтобы враждующие племена не оказались рядом.

— Пусть инженер этот намечает места для размещения, а там мы уже сами разберёмся. Если кто из вождей не прислушается к совету и потом пострадает от лакийцев — сам идиот.

— Опять будут крики, что ты своим выделяешь лучшие места.

Лат нехорошо улыбнулся.

— Я выбираю те места, которые должны прикрыть лучшие. Но если они будут настаивать, пусть встанут на наше место, возражать не буду.

Лат мог сколько угодно казаться этаким простоватым воякой, но он точно таким не был и обладал какой-то лисьей хитростью в некоторых вопросах.