— Я… Я подвёл её…

— Рад, что вы это понимаете.

— Но ведь сама Элайна не стесняясь подшучивает над всеми…

— Вы забыли о её положении. На такой высоте даже дурацкая шутка вызовет общий смех… подхалимов. Элайна это понимает, потому и предпочитает избегать такого общества. Только не получается. И как раз из-за её положения, которое с одной стороны её защищает, а с другой — принуждает к определённому общению.

— Но зачем они так сделали? Мне показалось, они были рады просто пошутить.

— Просто пошутить… Ну, начнем с того, что мне бы тоже не понравилось, если бы мой дом обозвали курятником, а меня курицей, ни на что не годной. Так что частично это была месть… Ну, насколько хватило их храбрости. Да и маркиза Охластина пресекла бы любую попытку устроить нечто большее.

— А почему эту не пресекла?

— Потому что это тоже урок для леди. Надо быть сдержанной на язык и не сыпать насмешками вокруг. Пока ей прилетело безобидно, можно сказать, чуток так хлопнули легким подзатыльником. Ей полезно будет. А что-то большее мы пресечем. Кто не поймет намека… Ну, тебе, полагаю, это знать не стоит. — Граф как-то незаметно ушел с вежливой формы, когда он словно бы с таким же дворянином общался. Видимо, специально выбрал такую форму, чтобы лучше проняло. Видно было, насколько Арготу неудобно, когда к нему целый граф и сенешаль, по сути, третий человек в герцогстве после герцога и наследника, к нему на «вы» обращается. — Я просто хочу, чтобы ты уяснил одну вещь: с момента, как на тебя обратила внимание Элайна, ты превратился в объект внимания разных людей, которые будут пытаться через тебя повлиять на неё. Потому думай всегда, прежде чем что-то делать. Посоветуйся с самой Элайной, в конце концов. А уж если решил подшутить над ней, действуй сам или со своими друзьями, но никак не через посторонних, которых ты знать не знаешь. Да, девушки воспользовались ситуацией и тоже подшутили… безобидно. Но среди них нашелся кто-то, кто пустил шутку чуть дальше, чем следовало… и стал распространять такие же картинки среди слуг. Вы, типа, гвардия, слуги ещё… Понимаешь, как это выглядит теперь?

— Может, мне признаться Элайне?

— А это уже как хочешь. Это будет только твоим решением. Она может и не простить. И да, если тебе всё это не нравится, то в любой момент можешь уйти. Леди не из тех, кто будет как-то отыгрываться за это. Думаю, она всё прекрасно поймёт.

— Я… — Арготу никогда не было так стыдно, как в этот разговор. — Тогда я совсем себя уважать перестану, — буркнул он. — Отец всегда говорил, что ошибки совершают все. Главное — признать её и исправить… или искупить, если исправить не получится. Я не побегу!

Граф кивнул и встал.

— Теперь я понимаю, почему Элайна бегает к вам сюда. Что ж, я сказал всё, что должен, дальше думай и решай сам. Никто тебя за руку по жизни не поведёт.

— Граф… А почему вы помогаете мне? Вы могли бы и ничего не говорить.

— Тебе? — искренне изумился граф. — Я помогаю исключительно маркизе Райгонской. По какой-то причине, не хочу даже вникать, по какой, она считает вас всех важными для себя. Возможно, она к вам приходит просто отдохнуть и расслабиться.