Элайна насупилась и подняла свою шпагу. Осмотрела и обиженно глянула на Марстена Дайрса.

— Она же тупая!

Шпага была не просто тупая. Её не то что не затачивали, ей специально сгладили и закруглили все кромки. Даже кончик имел вид небольшой капельки. Таким захочешь — не заколешься.

— Конечно, тупая, — даже не стал спорить Дайрс. — Если бы шпага была острая, вы сейчас остались бы без пальцев. Вы же просили символ? Вот он вам. А оружием уметь пользоваться надо. Если не умеешь, то получится как раз вот как сейчас.

Спорить было трудно, но Элайна всё равно обиделась. Просто, потому что. Сунула шпагу в ножны, не с первого раза, кстати, развернулась и гордо удалилась… Под ехидным взглядом капитана, который даже не подумал её останавливать.

Уже малость остывшая, решила вернуться к идиотам-мальчишкам… Пусть на шпагу смотрят и завидуют. Такого наказания им будет достаточно. А что тупая… В ножнах не видно, а давать её кому-либо в руки она не обязана. Ну вот, даже настроение поднялось.

С таким настроением она и заявилась к дружной компании. Мальчишки встретили её настороженными взглядами, но, надо отдать должное, никто не сбежал. Сидели обречённо, но дожидались.

— Расслабьтесь, — махнула им Элайна. — Я сейчас добрая. Видите, тоже получила своё оружие. Можно гарлов гонять.

— Типа во главе нашей элитной гвардии? — ехидно поинтересовался Шольт.

Всё-таки у некоторых типов язык без костей и опережает мысли. На Шольта смотрели как на того самого гарла абсолютно всё. Элайна, кстати, тоже.

— Спасибо, что напомнил, — заметила она. — Я постараюсь договориться, и вам выделят персонального тренера. Моя гвардия должна быть лучшей, и вы ею будете.

Судя по взглядам, Шольт до вечера не доживёт. Он и сам это понял и сейчас опасливо оглядывался, но не нашёл даже тени сочувствия. Даже Аргот выглядел сердитым. Но тут он вздохнул и подошёл к девочке.

— Можно с тобой поговорить?

Элайна озадаченно глянула на него, махнула рукой, и первая отошла за поленницу дров. Аргот же, явно опасаясь, что если помедлит, то уже не решится, сразу и выпалил всё. И про шутку, и про то, как попросил помощи, и про разговор с графом.

Девочка несколько секунд молчала. Потом хмыкнула.

— То-то я думала, что придумка с этим гербом как-то слишком умно для этих куриц.

— Ты… ты не сердишься?

— Сержусь. Но своё отношение я уже утром объяснила. Что же касается тебя… Ну ты ведь сознался, значит, понимаешь, насколько был неправ. Сердиться на тебя… Ну это как сердиться на маленького ребёнка, который из любопытства сунул руку в костёр. Больно, но поучительно и запоминающе. Вот если второй раз в огонь полезет, тут да, только добивать, что б не мучился. Дебил. Ты же ведь второй раз не полезешь?

Аргот отчаянно замотал головой.

— Я вообще больше с этими дамами связываться не буду.

— Не зарекайся, — хмыкнула Элайна. — Просто мотай на ус, что всё может оказаться совсем не так, как представляется. Но на самом деле, я тебе даже признательна. Как оказалось, у меня есть не только противники, но и друзья, готовые и поддержать, и заступиться. А это дорого стоит.

— Ты о графе?

— И о графе, и о капитане, и даже маркизе Охластиной. Я совсем ведь забыла, что такое высшее общество в женском коллективе. Клубок змей с гнездом скорпионов эталоном дружелюбия и мирного сосуществования покажется.

Аргот мотнул головой.

— Я не пойму, это действительно так серьёзно могло тебя задеть?

— Это? Кто знает.