Однако то, что удалось отбить первый натиск, дало время подойти основным силам защитников, и они сумели отразить и вторую атаку. Но даже Элайна понимала, что всё висит на волоске. Она лихорадочно оглянулась.

— Где же подкрепление?

— Мы послали уже сообщение, — доложил один из гвардейцев. — Через полчаса будет.

— Полчаса… — Элайна снова повернулась к стене. Полчаса — это же ведь совсем немного… Совсем… Но не на войне. И эту истину сейчас Элайна осознавала весьма отчетливо, когда гарлы снова взошли на стену…

В первый раз роль сыграли гвардейцы, сумевшие организовать ополченцев. Второй раз подошедшие основные силы выдавили гарлов. В третий раз…

Элайна чуть ли не склонилась с крыши, лихорадочно смотря то на стену, то на город. Вроде бы вдали показалась пыль, явно большой отряд. Но гарлы уже отжимали защитников, поднимались новые лестницы…

— Они ведь не успеют? — обреченно спросила она.

Гвардейцы отвели глаза. Элайна на миг замерла. Потом выругалась так, что сержант позавидовал бы.

— За мной! — рявкнула и, не давая никому и шанса себя остановить, сиганула с крыши, прыгнув на росшее во дворе дерево… Как его еще не срубили…

Гвардейцы лихорадочно задергались, потом потратили время на то, чтобы спустить лестницу, ибо повторить подвиг девочки никто не решился — они были тяжелее, так что дерево могло и не выдержать. В общем, когда они оказались внизу, Элайна уже сидела в седле. Глянула на гвардейцев, которые торопливо тоже рассаживались по коням.

— Вы ведь меня охраняете? Вот и охраняйте, — кивнула им разом и дала коню шпоры. Выскочив через ворота на дорогу и сразу устремляясь к стене.

Такой ругани улицы еще не слышали… Гвардейцы явно вспомнили весь арсенал непечатных выражений, пока пытались догнать маркизу. А та уже обнажила свою шпагу и прямо на коне оказалась у отступающих ополченцев.

— Помощь подошла! — завопила она, размахивая шпагой и показывая им на своих гвардейцев. — Надо немного отжать гарлов, и тогда им будет проще. Давайте, помогайте мне! И сама двинула коня в сторону гарлов…

Дальше ничего сделать не успела, ибо чья-то мощная рука выдернула её за шкирку из седла. Элайна зло обернулась.

— Сейчас лучшая моя защита — если гарлы не войдут в город, — прошипела она разъярённой кошкой прямо в лицо опешившему гвардейцу. Тот от неожиданности даже руку опустил. Элайна тут же вывернулась и бросилась вперед, вертя шпагой словно пропеллером над головой.

— Давайте за мной! За мной, ребята.

— Маркиза…

Её узнали. Ошеломлённые ополченцы замирали, глядя, как небольшая девчонка, махая шпагой во все стороны, бежит по лестнице на стену. За ней, матерясь, бежали гвардейцы. Люди переглянулись.

— Это чего это было? — озадаченно спросил кто-то.

— Маркиза на стене… Эй, ребята, ежель её там гарлы того…

Люди, словно по команде, развернулись и устремились следом за гвардейцами. Гарлы, явно уже праздновавшие победу, вдруг оказались атакованными уже, казалось бы, разбитыми защитниками. Причём налетели те с такой яростью, что первые ряды гарлов буквально смело со стены. А на каком-то тюке стояла девчонка, которая шпагу благоразумно убрала в ножны, зато вооружилась чьим-то копьём. Копьё было больше её, и она им размахивала двумя руками, выписывая восьмёрки и что-то вопя, тыкая остриём копья в сторону гарлов. Копьё грозило в любой момент вырваться из рук и улететь в непредсказуемом направлении.