— Это я понял. Второй, как я понимаю, им удалось отбить потому, что, наконец, проснулись остальные ополченцы, а отбитая первая атака дала им время занять позиции.

— Совершенно верно.

— А что случилось в третий раз? Ты мне докладывал, что ополченцы уже почти бегут и что помощь не успевает…

— Она и не успела… — Вальд помолчал, хмурясь. То, что там произошло со слов его воинов, в голове не укладывалось. Его рациональный ум просто отказывался принимать реальность.

— Вальд, — поторопил Лат.

Вальд поморщился.

— Насколько я понял, дальше на стену вылезла сама маркиза вместе с оставшимися телохранителями. Со слов пленников, она чуть ли не самолично возглавила контратаку, а тем, видите ли, было стыдно бежать, когда девчушка идет в атаку… Ну они за ней и повернули…

— То есть в третий раз атаку отразили те же ополченцы? — обдумав ситуацию, поинтересовался Лат.

— Верно.

— А потом что произошло?

— Маркиза… Лат, её же никто из наших ни в лицо, ни по описанию не знал. Ну кто такая маркиза? Этакая нарядная фифа в роскошном платье… Ну как рассказывали те, кто был с нашими парламентерами в Тарлосе. Наши и не поняли, кто и что там… Видят, какой-то мальчишка в доспехах…

— В доспехах?

— Да. Судя по всему, в бригантине. В общем, в доспехах, в шлеме. Стоит на какой-то бочке, размахивает копьем…

— Копьем?

— Ну так говорят очевидцы. И, главное, вокруг мальца серьезная охрана, кто пытался к нему пробиться, никто не уцелел…

— И?

— Ну и кто-то там приказал снять этого мальчишку. Понятно, что кто-то знатный, раз на ребёнка персонально соорудили доспехи.

— Как я понимаю, выстрелили?

— Да… И попали… Там расстояние-то было… Вот тогда всё и случилось. Когда лакийцы сообразили, что их маркиза погибла…

— Она точно погибла?

— Ну… тела никто не видел, но Лат, с того расстояния промахнуться просто невозможно, и стрелял не один человек и даже не два. Сразу трое.

— Но тело никто не видел?

— Нет. Говорят, её просто снесло стрелами с бочки и чуть ли не со стены выкинуло.

Теперь уже Лат молчал. Вальд терпеливо ждал.

— Дальше? — наконец произнес вождь.

— А дальше лакийцы, когда увидели это, словно взбесились. Они словно забыли, что смертны… Не хотел бы я еще когда участвовать в такой бойне…

— То есть смерть маркизы настолько их впечатлила… Что говорят пленные вообще о ней? Не просто же так они так отреагировали на её гибель.

Вальд вздохнул.

— Сложно отделить, где там быль, а где сказки… Считают маркизу справедливой, заботится о простых людях. Постоянно мотается по всему городу, всегда к ней можно обратиться с просьбой. Говорят, часто помогает… Или сразу объясняет, почему ничего сделать не сможет. Еще вроде как курирует всех врачей в городе и следит за тем, чтобы лекарств хватало. Еще слышал, что она якобы сама ухаживала за ранеными.

— Прям не человек, а воплощение Единого, как их церковь изображает…

— Говорю же, трудно отличить быль от сказки. Где там маркиза, а где эта… как её… Элайна Великолепная. Но вот то, что она постоянно ходит по городу — правда. Это и мои шпионы сообщали. И вроде как в госпиталях она тоже постоянно появляется. А что там она делает… — Вальд пожал плечами.