— Я, наоборот, возмущаюсь такой скоростью. Вот думаю, считать ли неуважением всего лишь полчаса отмокания в ванне? Я ведь еще не до конца в желе превратилась. Куда это годится? Я должна растечься лужей полностью, а не только по пояс! Считаю это неуважением!

— Леди! — Маркиза покачала головой. — Как вы дома собираетесь?

— Дома меня все прекрасно знают, а потому боятся.

— Я не боюсь. Потому цыц и терпеть!

Элайна надулась, превратившись в хомячка. Маркиза рассмеялась. Девочка надулась сильнее. Теперь смеялись все девушки, которые помогали Элайне собираться. Смотреть на нахохлившуюся маркизу без умиления было невозможно. Впрочем, тут была и польза. Обидевшись, Элайна перестала ворчать и терпеливо делала, что требовали.

Неудивительно, что к ожидавшей её открытой коляске она спустилась в самом мрачном настроении. Коляска, потому что и капитан, и Строж решили, что маркизе стоит показаться перед жителями города именно в блеске маркизы Райгонской, а не так, как те привыкли её видеть. Ради этого даже осадное положение смягчили, позволив жителям выйти на ту улицу, по которой поедет коляска. Хотя, конечно, это и доставляло дополнительные неудобства охране. Никто не мог гарантировать, что больше не осталось в городе фанатиков гарлов. Но, тем не менее, даже капитан посчитал риск приемлемым. Людям стоило напомнить, кто такая та девчонка, что вечно носилась по улицам в доспехах с бутафорским мечом, к которой можно было подойти и пожаловаться, что-то выяснить, просто поговорить для поднятия настроения, услышать очередную колкость.

Элайна устроилась в коляске. Поправила платье. Кивнула кучеру. Тот дёрнул вожжами и направил коляску к воротам. Впереди и позади пристроилась охрана. А вскоре они уже ехали по улицам города в сторону магистрата… Элайна вежливо кивала радостно кричащим людям. Слегка помахивала рукой, но выглядела при этом настоящей правительницей. Спокойной, рассудительной, полной достоинства…

У главных ворот магистрата коляска остановилась. Элайна приняла руку капитана и осторожно спустилась. Прошла в здание. Люди встречали её поклонами. Вот они уже подошли к дверям в зал заседания.

— Маркиза Элайна Райгонская! Временный правитель герцогства! — объявил громкий голос в зале. И сразу двери раскрылись, позволяя Элайне войти. Девочка неторопливо проследовала по коридору, встречаемая аплодисментами стоявших членов магистрата. Она прошла к креслу председателя и опустилась в него. Причём кресло было явно слишком высокое для неё. Но тут уже этот момент заранее учли и под ноги перед креслом подставили красивую подставку под ноги с бархатной подушечкой.

Элайна аккуратно поставила на подставку одну ногу, слегка надавила, проверяя, не поедет ли подушка. Вот конфуз будет, если так произойдёт. Но нет, всё оказалось надёжно. Потому уже смелее поставила вторую ногу, повернулась и, чуть расправив подол, аккуратно села, сложив руки на коленях. Чуть поёрзала, устраиваясь поудобнее. Немного выдержала паузу и плавно подняла руку, давая понять, что готова. Сразу зал зашумел, люди рассаживались по местам. Председатель магистрата города занял место рядом с девочкой. А вот граф Ряжский и капитан Марстен Дайрс встали за креслом Элайны.

Дождавшись тишины, Элайна заговорила:

— Не буду поздравлять всех с победой… Это глупо, я считаю. Гарлы ещё под стенами. Праздновать же что-то заранее не считаю правильным. Потому не буду никаких праздничных речей и говорить. Полагаю, у нас ещё будет возможность отпраздновать победу, когда гарлы действительно уйдут. Сейчас же я попросила всех вас собрать не для поздравлений, а чтобы подвести итог своему правлению… Пусть даже все понимают его формальность, но по приказу отца именно на меня и была возложена эта ноша. Благодаря помощи верным вассалам отца, — девочка повернула голову сначала в сторону капитана Дайрса, а потом графа Ряжского, — я надеюсь, не посрамила чести рода.