|
Точку, где приняли последний бой те, из-за которых его план потерпел поражение… даже одержав победу. Гарлы мимо этого места проходили даже торжественно. Никто из погибших врагов не был тронут или ограблен. Гарлы в своей культуре, признавая людьми только тех, кто умел сражаться, умели ценить и мужество врагов. Таких ведь и побеждать почетней. Так что сейчас они занимались тем, что разбирали тела, отделяя своих от чужих. При этом к чужим сейчас они относились так же, как к своим. Этим боем враги заслужили такое отношение.
Осмон поднял руку, заметив одного мужчину в хорошем доспехе, который даже после гибели продолжал сжимать в руке флагшток с флагом герцогства. Гарлы расступились. Осмон соскочил с коня и приблизился. Узнал… Точнее, догадался, кто это, читал описание, которые ему приносили по всем значимым людям герцогства. — Хайрид Рамс, — проговорил он, внешне оставаясь невозмутимым. Нельзя простым солдатам показать своё настоящее отношение. А в этот момент он этого человека ненавидел. Ненавидел так, как только можно. И ненависть его была тем больше, что он понимал: этот человек ускользнул от него туда, где никто из живых уже ничего ему сделать не сможет. А воевать с мёртвыми… До такой низости Осмон ещё не опустился. — Помощник и заместитель Турия Райгонского. Гарлы молча кивнули. — Мы подготовим его к перевозке, — заговорил один из гарлов, видимо, командир отряда. — Он заслужил право упокоиться в родных краях. Передадим его тело с пленными. Осмон медленно кивнул. Герой… Даже для гарлов. Именно он сумел организовать разваливающийся фланг, собрать вокруг себя людей и держался так долго, как получилось, давая тем самым время отступить остаткам войска вместе с наследником герцогства. Именно он превратил блестящую победу в поражение. А ещё Осмон понимал, что ему нельзя двигаться следом за отступающим войском, хоть и очень хочется. Герцог Райгонский не тот человек, которого можно дурить вечно. Он быстро раскусит его уловку с отрядом отвлечения и туманом слухов. И когда поймет, тут же перейдет в решительное наступление. И даже если крепости не возьмет, то отрежет его войско от них, и тогда будет худо. Герцог не мальчишка, на рожон не полезет. Надо возвращаться и прикрывать крепости. Пожилой мужчина еще раз оглядел поле боя, глянул на ликующих соотечественников… Они не понимали… Радуются победе, хотя она могла бы быть намного более впечатляющей для гарлов. С наследником в руках можно было уже и условия герцогу ставить. Жаль… Однако Осмон не тот человек, который будет жалеть об упущенных возможностях. Не получилось, значит, нужно продумывать другую стратегию. Ему нужно всего лишь выиграть время, что он и собирался сделать. Поднял голову. — Завтрашний день отдыхаем, а потом возвращаемся, — распорядился он. — Праздновать будем в крепости. Услышав про праздник, гарлы радостно заорали. А сам Осмон уже удалялся в сторону своего шатра. И чем дальше он удалялся, тем ниже опускались его плечи. Демонстрировать уверенность и радость от победы больше не было нужды. Он просто устал. В такие моменты он отчетливо чувствовал груз своего возраста.
Армия герцогства медленно брела по дороге. Иногда к ним присоединялись еще отряды, удачно вырвавшиеся из сражения, но таких было немного. Люди были подавлены. Колонна растянулась на несколько километров… Зарядил мелкий, противный дождь. Казалось, даже небеса оплакивают исход битвы.
Глава 7
Гарлы вернулись к прежней тактике — медленно, но неотвратимо приближали укрепления к стенам. Правда, на этот раз они подошли к делу намного более основательно. Теперь они не возводили этакий полуфорт с укреплениями в сторону города, а строили полноценное укрепление, окруженное частоколом со всех сторон. |
