— Попробуйте, — тоже не очень уверенно отозвался Дайрс. Явно тоже сомневался в эффективности средства. — Но пока… Можно подумать. Картен, надо бы объявить о наборе в слухачи… И среди музыкантов, и детей. Маркиза права, если её слова подтвердятся и у них окажется слух лучше, чем у взрослых, то это сильно нам поможет. Попробуем, мы ничего не теряем.

Остальные согласились. В осаде Тарлоса открывалась новая глава — подземная война…

Непривычные к земляным работам гарлы ошибались слишком часто. Идея подкопов, которая сначала вызвала у Лата энтузиазм, себя не оправдала. Причем проблемы начались с самого начала. То уже прокопанный ход обвалится, потому что плохо закрепили свод, то не туда повернули (как???). А уж если защитники города замечали подкоп… Тут разного можно ожидать. В один, прокопав канал, скинули какое-то жутко дымящее при горении дерево. Из туннеля сумели выбраться только те, кто находился недалеко от выхода. А потом провалы пошли один за другим. Лакийцам словно злой дух ворожил, позволяя безошибочно отыскивать их подкопы. Причем в недоумении были даже имперские инженеры. Один лично спускался в такой подкоп, наблюдая за работой и всё проверяя. А на следующий день обрушился свод, и в туннель закинули несколько осиных гнёзд…

Лат, сначала расстроенный, что идея себя не оправдала, быстро нашел утешение, мол, согласился на неё исключительно для того, чтобы людей занять. Меньше будут думать о глупостях. Но и тут… Пошли шепотки, что это дочь герцога удачу отводит и своим колдовством помогает отыскать ходы… И всем идиотам рты не заткнешь.

К счастью, пришли новости от Осмона, которому удалось занять крепости, и теперь он что-то там планировал. Скорее всего, уже сделал, но новости оттуда доходили только чудом, ибо гонцу пришлось бы добираться до Тарлоса по территории герцогства. А после похода Осмона те озверели и патрули, мало того, что усилили, так еще и количество отрядов возросло. Они отсекли всякую возможность общения между отрядами. Это бесило Лата больше всего, хотя он и понимал, что это было вполне очевидным и предсказуемым действием. Сам бы так сделал. Раздражался просто от бессилия что-либо изменить. Можно, конечно, направить отряды, очистить дорогу, но это будет всё равно ненадолго. Просто потому, что лакийцы могли в такие вот разъезды направить больше солдат. Да и на своей земле действовали. Сам же Лат много людей с Тарлоса снять не мог после ухода Осмона. Ему же еще от пограничных баронов отбиваться, которые, словно шершни, постоянно кружились в тылу и жалили при каждом удобном случае. Уже несколько обозов так потеряли. Были разгромлены небольшие отряды разведчиков. Конечно, и гарлам иногда сопутствовал успех, но пограничники, воюя на известной им местности, имели больше шансов скрыться в болотах и лесах после поражения, чем гарлы их там отыскать. Да и из Лоргса, как удалось выяснить, отправили к ним подкрепление. Ещё и с голубями из Тарлоса. Это оказалось самым неприятным, ибо теперь в осажденном городе имели возможность получать разведданные быстро и, главное, точные. Как прервать этот обмен донесениями, Лат тоже не знал. Имперцы что-то там говорили про ручных ястребов, только где их взять? А отстреливать голубей… Так, их тут постоянно стая летает. В кого стрелять?

Признав поражение в подземной войне, Лат сосредоточился на привычных действиях, и вот тут как раз всё было хорошо. Постепенно рос насыпной холм, скоро на него уже можно будет доставить осадные машины и начать обстрел города. Строятся три башни, укрепления уже подошли на нужное расстояние. Город брался всё в более плотную осаду. Вылазки уже практически не приносили осажденным успеха. Осталось ждать, когда имперские требушеты обрушат хотя бы одну башню или стену.