Айк поймал ее и потянул за колечко. Тут же по банке и по пальцам побежала холодная белая пена. Он сделал глоток, потом глянул на Престона. Тот все еще не сводил глаз с переулка.

— Я сделал, как ты сказал, — проговорил Айк, — я ходил на северный пляж, где холмы.

— Я сказал, чтобы ты линял из города.

Айк снова глотнул пива и посмотрел на голову Христа на предплечье Престона — голову в терновом венце, с птицами и ящерицами вокруг. Пиво жгло ему горло.

— Я сегодня оседлал волну, старик. По-настоящему, понимаешь?

— Ну да? — Престон покосился на него и влил в глотку все оставшееся содержимое своей банки. Интересно это у него получалось: он просто открывал рот и лил, как из шланга в бензобак. После этого он бросил банку, смял ее каблуком и отпихнул ногой, тут же потянувшись за новой.

— Ты был прав, эта доска намного более устойчивая.

Байкер кивнул, не глядя на Айка. Айк хотел сказать, что видел его той ночью, но промолчал. Это было дело Престона, а он наверняка не из тех, кто любит, когда суют нос в его дела.

— Так тебе там понравилось, — наконец сказал Престон.

Это прозвучало как утверждение, а не как вопрос, но Айк все же ответил.

— Ага, еще бы. Там все по-другому. Я постоянно об этом думаю. Например, когда я работаю или еще что-нибудь делаю, то замечаю, что пытаюсь понять, как формируется волна и как я должен действовать. Пожалуй, нужно еще кой-какое снаряжение. Мне бы гидрокостюм и этот, поводок для доски.

— Покупай костюм. К черту крепежку. Учись держаться на доске.

— Это трудно.

— Да ладно тебе. Я думал, ты Билли Кид-младший. Думал, тебе нужен Борзой Адамс. Это тру-у-у-дно, — плаксиво протянул он, передразнивая Айка, и покосился на него.

Престон сощурился, потому что в глаза ему било солнце, но Айку показалось, что он усмехается.

— Хошь еще пива?

Айк покачал головой и сделал еще глоток.

— У меня еще есть.

— Блин, — пробормотал Престон.

— Так что там насчет Хаунда Адамса? — спросил Айк, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более непринужденно. — Ты давно его знаешь?

— Довольно-таки. Я, например, знаю, что он никогда не пользуется крепежками. — Эта мысль почему-то позабавила Престона. Он хмыкнул и влил в себя еще пива — не меньше четверти литра. — Так ты и в самом деле хочешь с ним познакомиться?

Айк кивнул и, запрокинув голову, допил пиво. Потом смял банку и подтолкнул ее к куче у ног Престона. Тот сразу же перебросил ему новую.

— А на что ты собираешься жить? Думаешь найти работу?

— Да.

— И какую?

Айк пожал плечами.

— Да любую.

— Ну тогда ладно. Работа есть. Займешься мотоциклами — этот хренов Моррис без работы останется. Ему это, конечно, вряд ли придется по нутру. Но ты ему и так не очень понравился.

Айк снова пожал плечами.

— Послушай-ка… — начал Престон, но его слова перекрыл рокот мотоцикла — возвращался Моррис. — А вот и его высочество.

Он встал, допил пиво, отшвырнул банку и подтянул свои грязные джинсы. Достал из прицепа авиаторские очки и надел их.

— Кто знает, — проговорил байкер и легонько ткнул Айка в грудь, — может, я и замолвлю словечко старому козлу. Хорошенькое словечко, имей в виду.

Престон подмигнул и направился к Моррису. Тот, стоя на коленях перед своим мотоциклом, разбирал какие-то мелкие детали, за которыми, вероятно, и ездил. Сначала они говорили приглушенно, затем Айк услышал голос Престона:

— Я знаю, ты будешь разбирать этот «Харлей».