Айк наблюдал за светловолосым серфером, который первым оседлал волну. Раз за разом тот повторял свои блистательные рейды, неизменно вызывая восторги толпы. Айк стоял так уже около часа, когда его внезапно окликнул знакомый голос. Он повернулся и увидел Престона. В грязной майке и затасканной красной бандане, байкер явно не вписывался в чистенькую толпу операторов и болельщиков. Престон, с его огромными татуированными ручищами и могучим торсом, казался продолжением мотоцикла, на котором сейчас восседал. Айк не видел его глаз, скрытых сверкавшими на солнце «фильтрами», но роту него кривился в широченной ухмылке. Причину смеха Айк не понимал, хотя, может, он сам и был ею.

— Я вроде сказал тебе сматывать удочки, — проговорил Престон.

Айк почувствовал, что улыбается в ответ. Он был рад, что байкер появился снова, и подумал, что с момента приезда в Хантингтон-Бич у него не было человека ближе. Престон знал, за чем он здесь, и это рождало связь между ними — по крайней мере, так казалось Айку.

— Большие, — сказал Айк.

Престон посмотрел на волны.

— В этом году первый раз с юга, — отозвался он, — воспользуйся случаем, панки сейчас не сунутся.

— Ты раньше видел такие, как эти?

— Еще бы. Видел и больше. И выходил в океан. Но это классные волны.

Внезапно новый звук перекрыл гам толпы и грохот прибоя. С башни, очевидно, заметили Престона; послышался подвывающий механический голос:

— Никаких мотоциклов на пирсе! Просим вас убрать мотоцикл, уведите его с пирса!

Престон показал башне средний палец. Голос продолжал скрежетать:

— Просим вас убрать с пирса мотоцикл!

Престон потряс головой и принялся разворачивать машину. Зеваки уставились на него, но оставались на безопасном расстоянии, давая ему свободу для маневра.

— Голос разума, — проговорил Престон, — мне кажется, там все двадцать лет сидит один и тот же хрен. Голос как будто все время один и тот же.

Айк посмотрел на тонированные стекла башни. Он решил, что пора уже позавтракать, но оторваться от такого грандиозного зрелища было трудно. Айк повернулся, чтобы бросить последний взгляд на океан. Тот серфер как раз поджидал новую волну. Его легко можно было различить среди всех прочих. Высокий светловолосый парень, в отличие от остальных, одетых в резиновые костюмы, был только в плавках и спасательном жилете.

— В самом деле хорош, — сказал Айк, указывая на него Престону.

— Так это твой герой, да? — спросил Престон, и его широкая ухмылка сменилась кривоватой усмешкой.

Айк взглянул на море, затем снова на Престона.

— Только не влюбляйся в него по уши, — проговорил Престон, — ведь это тот, кого ты ищешь. А вон и другой. — Он показал на темную фигуру в черном гидрокостюме с красными полосами. — Он тоже твой. Терри Джекобс — самоанец, здоровый как бык.

Престон топнул по настилу тяжеленным ботинком и повел свой мотоцикл с пирса. Айк пошел следом. Байкер молча вел «Харлей» сквозь толпу расступившихся зевак. Поравнявшись с башней, он нажал на педаль. Мотор не завелся, и Престон подобрался для следующей попытки. Айк догнал его и схватил за руку — точнее, за бицепс, как раз за то место, где вился змеиный серпантин. Было похоже, будто он схватился за водосточную трубу.