– Ты уверена?

– Это известно всем, даже там, где я живу, – в гареме.

– Я слыхала, что в гареме все часто становится известно раньше, чем в других местах, – заметила Мелисса.

Лейла повернулась к ней с горькой улыбкой:

– Это, моя милая, в классическом гареме. Но братья Халифи живут уже очень долго и слишком стары для секса. Как бы там ни было, в гареме ходят лишь не очень важные секреты. Так что если я что‑то знаю, то лишь то, что знают все на Пурпурном уровне.

– А что будет с остальными, со всеми нами? – спросила Мелисса.

– Я думаю, что корабль превратят в тюрьму на орбите. Нежелательных людей можно держать здесь вечно.

– Они настолько уверены в своих силах?

– А ты бы не была уверена? У них пятьдесят специально выведенных охранников. Эти люди хорошо вооружены и отлично владеют оружием.

Держа под контролем обитаемую зону, братья держат вас в кулаке.

– Потому что они в любой момент могут отключить воздух?

– Именно так, – сказала Лейла, оглядев Мелиссу оценивающим взглядом.

Мелисса придержала язык. Может быть, выход и был, и они с Аделаидой его обсуждали, но сейчас о нем говорить не следовало. Во всяком случае, в присутствии Халифи.

– Нет, – продолжала Лейла, – это безнадежно. Ваше восстание будет подавлено, зато у Ибрагима появится повод.

– Тогда еще важнее попытаться поговорить с Ибрагимом и предотвратить восстание.

– Я понимаю. Мы должны попробовать – слишком много жизней поставлено на карту.

Как только Лейла вышла за дверь, Мелисса повернулась к Аделаиде.

– Настало время подумать о нашей последней возможности, – тихо сказала она.

Аделаида задумалась. Действительно ли другого выхода нет?

Мелисса стала терять терпение, что вообще было в ее характере.

– Послушай, Аделаида, нельзя дальше откладывать. Кресла в любой момент взбунтуются. Они обречены на поражение, а тогда будет поздно.

– Да, но это риск.

– Мы не имеем права бояться риска. Я пойду. Хидео пойдет со мной.

– Ты слишком в этом уверена.

– Хидео пойдет. Если нужно будет, я его заставлю.

Глава 25

Принц Рас Ордер принял Аделаиду в задней комнате своих апартаментов, темной и тесной. Но он мало что мог ей предложить.

– Я понимаю причины, приведшие вас ко мне, и уважаю их, но боюсь, что вы просите невозможного.

– Почему? Я хочу только поговорить с Ибрагимом. Он не может не видеть необходимости предотвратить кровопролитие!

– Разумеется. Ибрагим – гуманный правитель. Но его ограничивает воля его братьев. Позволить себе проявить слабость он не может.

– Слабость? Предотвратить массовую гибель людей – значит проявить слабость? Простите меня, но я всего лишь Фандан и подобного образа мыслей понять не могу.

– Таков образ мыслей Мерцика. Он человек старой школы и старается подражать знаменитым правителям нашего прошлого.

– Пиратам? Бандитам с астероидов? Прошлое вашей семьи полно кровавых дел и злобного коварства!

Рас Ордер улыбнулся в ответ.

– Такой взгляд на вещи вполне возможен, но в моей семье это считается временем славы.

– Хорошо, но Мерцик – это лишь один голос. А другие? Фарук и Фейсал?

– Они разрываются между обоими путями, но каждый из них ограничен мощными силами, которые на их встречах представлены быть не могут.

– Да? И какими же?

– Для Фарука это его бабушка Калима.