— Ларе, держи себя в руках, — тихо, но твердо произнесла Вукович. — Значит, это правда? У тебя было хранилище? И что, Совет разрешил проводить эксперименты с эмбрионами?

Эдлунд вскочил, метнулся в одну сторону, потом обратно, и замер.

— По правде говоря… хранилище было. Но Совет об этом не знал. Папа и Мартин верили в меня, они закупили оборудование на собственные средства. В те годы это было целое состояние. Но на некоторое время я заморозил исследование по ряду причин…

— Инира? — понимающе спросила Мара.

— Откуда?.. Ах, ну да. Улла, — профессор вздохнул. — Да. С Инирой случилось несчастье, потом отец… В две тысячи втором году я хотел вернуться к исследованиям, но оборудование вышло из строя. Я все потерял. Криокамеры удалось починить, и я отдал их Мартину. Все равно я занял пост директора, и у меня не было ни времени, ни ресурсов для исследования. Но теперь…

— Вам не кажется, что они вовремя вышли из строя? — Брин деловито скрестила руки на груди.

— Теперь кажется… Тогда я не стал проверять под микроскопом каждую пробирку. Отключилось питание, пока я был в отъезде. Камера была обесточена несколько суток. Разумеется, все живые клетки погибли. Когда Селия сообщила мне, я был вне себя. С тех пор я и поставил на лабораторию новые замки.

— То есть до этого туда мог зайти любой желающий? Отлично, круг подозреваемых… — начала было Мара.

— Нет-нет, подожди, — Вукович предупредительно подняла руку. — Говоришь, тебе сообщила Селия, и ты даже не стал проверять?

— Да, но с чего бы ей… — Эдлунд изменился в лице. — Ты думаешь?..

— Верно, Ларе, — с досадой то ли на него, то ли на себя кивнула Вукович. — Я думаю, у твоей бывшей был веский повод сделать тебе гадость.

Глава 19

Селия Айвана и Ларе Эдлунд?.. Брови Мары поползли наверх, Брин прижала пальцы к губам, и только Нанду уважительно закивал.

— Да не смотрите на меня так! — не выдержал профессор. — Это было давно! Наши отцы дружили, хотели породниться. Вот и все. И встречались мы от силы полгода. А потом дружно сошлись на том, что не подходим друг другу. Я встретил Иниру…

— Ооо… — понимающе протянула Брин. — И вы никогда не ставили под сомнение факт ее самоубийства?..

— Бриндис! — рявкнула Вукович. — Держи подобные догадки при себе!

— Нет, я понимаю, куда ты клонишь, — Эдлунд ссутулился и отвернулся к окну. — Я не хотел верить в то, что она могла сама… Но даже тогда, когда мне хотелось обвинить в ее смерти кого угодно, я не мог подозревать Селию. Она бы не стала. Мы расстались спокойно, с Инирой они ладили… Нет, виноват был только я. С головой ушел в свои исследования, уделял Инире мало времени… Упустил ее…

— Ларе, не думай об этом, — Вукович подошла к нему, погладила по спине, метнув уничтожающий взгляд на Брин. — Давай сосредоточимся на Маре. Вспомни: ты не мог получить письмо от Лены по электронной почте?

— Может быть… — Эдлунд поскреб щетину на подбородке. — Но мне казалось, я держал его в руках… Наверное, решил распечатать.

— Когда ты его получил?

— Кажется, был какой-то праздник… Зимнее солнцестояние… Новость о пожаре пришла через пару недель…

— Селия еще работала у тебя?

— Да. Но в это время она всегда уезжала на каникулы… Постой… Ты же не думаешь, что это была она?

— Она не может быть убийцей, — мотнула головой Мара.