– Давай, Сиф, – просила она. – Нам нужна твоя помощь.

Рот его открылся, и Сиф издал мучительный крик.

– Сиф! – закричала Элли, встряхнув его. – Пожалуйста, где бы ты ни был, вернись!

– Они не прекращали истязать друг друга, – промолвил Сиф, голос звучал слабо и отстранённо. – Я должен был что-то сделать.

Один стражник замахнулся на Кейт мечом, и она с металлическим лязгом выбила меч у него из рук. Другой бросил копьё в Виолу. Та отскочила, но копьё всё же задело её руку.

– Сиф! – вскрикнула Элли. – Ты нам нужен сейчас!

– Их нет, – зашептал Сиф. – Они ушли.

– Они не все ушли, – сказала Элли. – Я здесь.

Кейт шатнулась назад, когда новое копьё полетело к ней. Элли почувствовала, как Сифа выгнуло у неё на коленях.

Поток воды обрушился на берег как комета, ударил трёх стражников и потащил их прочь в круговороте пены и тьмы, относя куда-то далеко.

Сиф теперь стоял, опустив руки вдоль тела. Элли видела проступившие у него на руках и на шее вены. Кожа его была молочно-белая в извивах голубого тумана.

Кейт и Виола неловко встали на ноги, поражённо оглядываясь и ища глазами стражников.

– Что случилось? – пробормотала Кейт, едва переводя дух. – Куда они делись?

Элли посмотрела на Сифа и выдавила слабую улыбку. Голубой туман стёк с его кожи.

– Ты в порядке? – спросила она.

Сиф рухнул в песок.

Дневник Лейлы

4805 дней на борту «Возрождения»

Заставить Вару слушать – задачка куда как непростая.

– Эй, я с тобой разговариваю! – заорала я. – Передай. Мне. Лейку.

Вару заморгал.

– Лейла? – сказал он, как будто я умерла и вдруг вернулась к жизни.

Я закатила глаза.

– Как только тот, у кого нет воспоминаний, может столько времени проводить внутри собственной головы?

– Я снова их видел, – ответил он. – Того мальчишку. Меня. И ту девочку. Они… знают о нас тоже.

– Слушай, нам нужно заниматься садом. Нечестно заставлять Каргу делать всю работу. Ты слышал, что она сказала – чем больше она прибегает к своим силам, тем ближе её смерть. Может, поэтому она так чудовищно уродлива. Кто знает, может, на самом деле она того же возраста, что и я.

– И так же чудовищно уродлива, – прокаркал голос позади меня.

Я подскочила.

– Я думала, ты спишь!

Вару шагнул к Карге.

– Как могу я видеть того другого меня? Как он может видеть нас?

Карга впилась в глаза Вару, словно пытаясь заглянуть ему в мозг.

– Твой разум раздроблен. Разбит вдребезги. Быть может, осколки разлетелись сквозь время. Возможно, осколки твоего разума взывают друг к другу.

Вару нахмурился:

– Мой разум… сломан?

– Это кое-что объясняет, – заметила я, и Вару выставил мне подножку, повалил меня на пол и прижал ступнёй. – Отпусти меня!

– Кто сломал бы мой разум? – спросил Вару.

– Я не вполне уверена, – произнесла Карга. – Но тебе был нанесён громадный ущерб. Вот почему у тебя столь мало воспоминаний. Я подозреваю, что это также неимоверно ослабило тебя.

– Ага, слабак! – крикнула я, отбиваясь от ступни Вару.

– Ты будешь биться, пытаясь овладеть своими силами, – сказала Карга, – пока не воссоединятся осколки твоего разума.