|
Абаддон, что по-еврейски означает «Разрушитель». Пастор обвёл ряды строгим взглядом. – Позвольте мне показать вам кое-что, – сказал он. Отступив от кафедры, он потянулся к покрытому простынёй предмету на небольшом столике. Бад склонился вперёд, помещение наполнили возбуждённые перешёптывания. Клэй немного помедлил и сдёрнул ткань. Под ней оказался плоский чёрный камень, размерами, быть может, двенадцать на восемнадцать дюймов. Края камня были истёрты, выщерблены. Он возлежал в старом ящике из тёмного дерева. На камне были выбиты три еле различимые строчки, грубо обведённые жёлтым мелом. Клэй вернулся за кафедру и громким, напряжённым голосом зачитал надпись: Сначала ты станешь Лгать, Проклятый, ты будешь Рыдать, А худшее, ты должен Умереть – Нет никакого совпадения в том, что камень нашли, когда только открыли Колодец, и что как только его убрали, Бездна приняла свою первую жертву. Пророческую силу этого дьявольского камня подтвердили последующие годы. Все те из вас, кто создаёт себе кумиров из золота и серебра – либо прямо, участием в раскопках, либо опосредованно, получением прибыли от искателей сокровищ – должны запомнить, в какой последовательности всё будет происходить. Сначала ты станешь Лгать: жадность и стремление к богатству затмит ваши благородные стремления. Он выпрямился. – На пикнике с омарами сам Малин Хатч сказал мне, что цена сокровища – пара миллионов долларов. Далеко не маленькая сумма, даже для жителей Бостона. Но потом я узнал, что правильная оценка, скорее, два миллиарда. Два миллиарда. По какой такой причине доктор Хатч меня так обманул? Скажу вам лишь одно: золотые идолы портят человека. Сначала ты станешь Лгать. Голос проповедника стал глуше. – Затем идёт следующая строчка: Проклятый, ты будешь Рыдать. Золото принесёт с собой страдания. И если вы в этом сомневаетесь, поговорите с человеком, который потерял ноги. И, что там на последней строке? А худшее, ты должен Умереть. Его впавшие глаза уставились на аудиторию. – Сегодня многие из вас готовы поднять камень, так сказать, чтобы добраться до золотого идола, скрытого под ним. Того же хотел Симон Руттер двести лет назад. И вспомните, что с ним стало. Клэй вновь опёрся о кафедру. – Лишь вчера в Колодце погиб человек. Я разговаривал с ним меньше недели назад. Он даже не попытался оправдать свою жадность к золоту. Если честно, он так нахально об этом и заявил. «Я же не Мать Тереза», сказал он мне. А теперь он мёртв. Умер худшим способом, всю его жизнь буквально выдавил огромный камень А худшее, ты должен Умереть. «Воистину обрёл он награду свою». Когда Клэй замолчал, чтобы отдышаться, Бад оглядел прихожан. Рыбаки негромко перешёптывались между собой. Клэр не смотрела на пастора, опустила взгляд на руки. Клэй заговорил снова. – А что насчёт остальных – тех, кто погиб или был изувечен, или обанкротился из-за этого проклятого сокровища? Оно – воплощение самого зла. И все, кто получит от него свою толику выгоды – прямо ли, косвенно – должны сознавать, что рано или поздно ответят за это. Понимаете, в конце концов совершенно неважно, найдено сокровище или нет. Сами поиски его – грех, вызывающий отвращение Господа. И чем дальше продвинется Стормхавэн по дороге греха, тем большую цену ему придётся заплатить. Цену в разрушении жизненного уклада. Цену в разрушенной ловле. Цену в разбитых жизнях. |
