Юджиния невольно подумала, что ей необходимо держать в узде свое воображение, и в который раз пожалела об отсутствии Сайруса. Его здравое отношение к такого рода вещам взбодрило бы ее лучше кофеина.

Дойдя до пьедестала. Юджиния начала разглядывать отвратительную скульптуру. Да, автор тот же. По крайней мере так подсказывала ей интуиция, которая никогда ее не подводила, если речь шла о вычленении общих элементов в технике и стиле.

Юджиния приподняла крышку футляра, просунула руку внутрь с такой осторожностью, словно имела дело с опасной рептилией, и, взяв необычное изделие, стала поворачивать его, чтобы разобрать подпись автора.

— Конечно, работа моя, — послышался от двери спокойный голос Фенеллы. — Но вы, похоже, это знали?

Юджиния замерла, пальцы невольно сжались, и острые шипы еще больнее вонзились ей в руки. Но боль помогла стряхнуть оцепенение, вызванное неожиданным появлением хозяйки «Полуночной галереи».

Силуэт Фенеллы четко вырисовывался на фоне дверного проема. Из темноты галереи невозможно было разглядеть ее лицо, хотя рука с каким-то предметом обозначилась довольно ясно.

— Да, я знала, — подтвердила Юджиния и с облегчением убедилась, что голос ее, несмотря на волнение и испуг, звучит спокойно. — Но я хотела убедиться окончательно, чтобы рассеять всякие сомнения.

— Я все поняла, когда увидела капли крови на полу задней комнаты. — Фенелла закрыла дверь галереи, которая словно обрезала солнечные лучи. — Я с самого начала ждала от вас неприятностей, однако надеялась, что вы уедете отсюда, не получив ответы на интересующие вас вопросы. А вы продолжали копать.

Фенелла сделала шаг вперед. Свет одной из ламп упал на ее правую руку, и Юджиния увидела пистолет. На секунду у нее захватило дыхание.

— Вам нет смысла меня убивать, — сказала она. — Я ничего не могу доказать.

— Я тоже пыталась успокаивать себя таким образом, когда поняла, что совершила ошибку, продав вам картину Ронды.

— Вы знали, что ее автор — не Ронда.

— Конечно, — подтвердила Фенелла с гримасой отвращения. — У Ронды нет таланта. Она попросила меня продать эту картину, ссылаясь на нужду в деньгах, и я предположила, что она украла ее в галерее на материке.

— Но после того как я ее купила, она призналась в своем обмане, и тогда вы поняли, что у вас проблемы.

— Когда, вернувшись на остров, Ронда узнала, что я продала картину именно вам, она страшно разозлилась и испугалась. Сказала мне, что вы — подруга Нелли Грант и, разумеется, все поймете.

— Я просто хотела выяснить, что случилось с моей подругой.

— Я не могла допустить, чтобы вы расхаживали по острову и задавали слишком много вопросов по поводу ее смерти. У меня были опасения, что это наведет на… другие вещи.

— Вы убили ее?

— Нет, — ответила Фенелла с искренним удивлением. — Я планировала избавиться от нее, но она сама решила проблему, отправившись с материка на остров в плохую погоду, в результате чего ее смыло за борт.

— Зачем вам нужна была ее смерть?

— Она видела меня на той вечеринке. Нелли стояла у двери в комнату и слышала мою ссору с Дэвентри.

— Вы поссорились с Дэвентри?

— Боюсь, я тогда вышла из себя. А Нелли Грант видела, как я столкнула его с лестницы.

— Это невозможно. Если она стояла у двери в комнату, то не могла ничего видеть, для этого ей нужно было выйти на балкон и смотреть вниз.