— Считай, тебе повезло, — ответил Сайрус, начав умываться.

— Что тебе снилось?

Он сорвал с ближайшего крючка полотенце и зарылся в него лицом, вспоминая нестерпимые картины своего страха и беспомощности.

— Не помню. Ты ведь знаешь, сны дело такое.

— Ты видел Кэти?

Сочувствие, прозвучавшее в ее голосе, почему-то вызвало у него раздражение.

— Нет.

Кэти не снилась ему уже больше года. Чувство вины все еще жило в его душе, как я стремление отомстить за нее, но в какой-то момент он перестал мучиться от кошмаров, в которых ему снилось окровавленное тело жены.

— Значит, это связано со мной? Чего я и боялась. Ты винишь себя за то, что произошло сегодня.

Сайрус напрягся, поражаясь, с какой легкостью Юджиния угадала основную причину его состояния. За короткое время она сумела узнать его гораздо лучше, чем Кэти, Рик или кто-либо другой, включая бабку с дедом.

— Тебя сегодня чуть не убили из-за меня, — сказал он.

— Чушь. Я сама виновата, ты не имеешь к этому никакого отношения. Ты был совершенно прав, когда сказал, что если бы я осталась в городе и дождалась твоего возвращения с материка, ничего бы не случилось.

Сайрус медленно опустил полотенце и взглянул на Юджинию.

— Ты уверена?

— Так и есть. — Она скрестила руки на груди и оперлась спиной о дверной косяк. — Я не позволю тебе брать на себя ответственность за то, что я по собственной глупости попала в историю.

— Не позволишь?

— Ни под каким видом. — Юджиния едва заметно улыбнулась. — Хватит с тебя остальных комплексов, еще один, связанный со мной, тебе ни к чему.

— Ты меня поражаешь.

— Ты меня тоже, — сказала она и, привстав на цыпочки, поцеловала Сайруса в щеку.

— Только идиот вроде меня способен в такой момент заводить разговор об этом, но я все думаю — а что же дальше?

— Ты имеешь в виду следующий шаг в поисках кубка Аида?

— Нет, я говорю не о проклятом куске стекла, — твердо заявил Сайрус. — Я имею в виду нас.

— Вот оно что. — Взгляд Юджинии стал задумчивым.

— По-моему, вскоре после нашего знакомства ты неоднократно подчеркивала, что между нами нет ничего общего.

— Я действительно так говорила. А ты, по-моему, соглашался и давал понять, что считаешь меня высокомерной особой, относящейся к тебе со снобистским презрением.

Сайрус предостерегающе поднял руку.

— Справедливости ради должен напомнить, что временами я указывал тебе на то, что все же есть нечто, к чему мы проявляем взаимный интерес.

— Секс.

— Когда все определяешь одним словом, это звучит мелковато, — поморщился Сайрус.

— Да, как-то слишком упрощенно.

— Возможно, мы оба были не правы и сделали поспешные выводы, основываясь на не очень верных первых впечатлениях.

— Возможно, — улыбнулась она. — Но к чему ты клонишь?

Прекрати, одернул себя Колфакс, ты не силен в подобных разговорах. К тому же сейчас явно неподходящее время для того, чтобы обсуждать их с Юджинией будущее. Может, им вообще не придется его обсуждать, следовательно, лучше держать рот на замке.

— Я скажу тебе, к чему я клоню. — Отшвырнув полотенце, он шагнул к ней. — Я собираюсь лечь в постель. С тобой.

— Кажется, план у тебя уже готов, — сказала Юджиния, обнимая его за шею.

Она по-прежнему улыбалась, но Сайрусу показалось, что в ее взгляде мелькнуло разочарование.