— Отточено как бритва, — заметил Грифф. — И предназначено для того, чтобы отрезать кое-какие детали от того, что поступает из кожного цеха.

Макуэйд глянул на нож, лежавший в ладони Гриффа, затем взял его и слегка покачал — словно оружие для дуэли выбирал.

— А ведь и в самом деле кажется острым, — с уважением проговорил он.

— Ты сам-то что режешь, Чарли? — спросил Грифф.

— Стельки, мистер Гриффин. Хотите, вам вырежу?

— Ну, будь уж любезен.

Макуэйд протянул нож Чарли, и тот, подхватив окантованное медью лекало, положил его на голубоватую ткань. Лезвие четко и резко прошлось по окантовке. Тут же подняв лекало, он отделил от поверхности стола изящно, словно по женской ножке очерченную стельку, оставив под ней слой ткани с прорезью, похожей на отпечаток мокрой ноги на синем кафельном полу.

— Все так просто, — сказал Грифф. — Спасибо, Чарли. — Повернувшись к Макуэйду, добавил: — Все эти люди занимаются одним делом — закройкой и резкой. Ну что, пойдем дальше?

Макуэйд слегка повернул голову и с улыбкой проговорил через плечо:

— Спасибо, Чарли, — после чего проследовал за Гриффом.

— Итак, с закройщиками мы покончили, теперь перейдем в цех предварительной подгонки, — сказал Грифф, направляясь в помещение, где над швейными машинами трудились все те же девушки. — Они выполняют всю подготовительную работу — сшивают передок с задником, пришивают подкладку, ну, в общем, делают всю работу, прежде чем продукция поступит на седьмой этаж — в подгоночный цех. Поднимемся, и вы сами посмотрите.

Он подвел Макуэйда к одной из швейных машин — работавшая за ней девушка подняла на него и тут же опустила взгляд. Ее пальцы перебирали поверхность туфли, подгоняя ее под иглу, стараясь срастить с подкладкой. Макуэйд несколько секунд наблюдал за ее манипуляциями, после чего Грифф сказал:

— Ну что ж, здесь, пожалуй, все. Спустимся вниз, если не возражаете?

— Отнюдь, — откликнулся Макуэйд.

Грифф повел его в подгоночный цех, по ходу объясняя что-то, рассказывая и показывая. На лице Макуэйда застыло бесстрастное выражение. Время от времени он проявлял интерес к той или иной теме, задавал уместные вопросы, кивал или говорил: «Понимаю», или «Да, конечно», или «Да», или просто «Угу», но лицо при этом продолжало оставаться невозмутимым.

— …вставляя в этом цехе металлическую планку. В дешевых моделях вы ее не найдете, мистер Макуэйд. Делается это для надежности, чтобы туфля в один прекрасный день не разломилась пополам. Планка подклеивается, обшивается, так что каблук и подошва могут…

— Да, понимаю.

Ноздри щекотали разнообразные запахи, в каждом отделе и цехе свой. Гриффу они никогда не надоедали, более того, он любил эти ароматы. Запахи добротной кожи, бензина, каучука, эфира, композита, запахи, исходившие от всех этих машин и работавших на них людей.

— …то место, где подошва приклеивается к туфле. Здесь, на конвейере, вы увидите такие кожаные мешки, которые нагнетают воздух и под давлением впрыскивают клей непосредственно под подошву. В процессе всех этих операций колодка, как вы понимаете, остается внутри туфли. Ее извлекают лишь в самом конце, а до тех пор…

— Да, конечно.

И виды самой фабрики. Паренек, прожигавший паяльником маленькие дырочки в подошве. За столом, где он работал, разместилась целая коллекция журнальных вырезок Мэрилин Монро, аккуратно приклеенных к двум большим кускам картона, — самые эффектные позы, естественно, были размещены по центру. Или подшивка старых газет, висевшая на стене цеха, где делались колодки: «ЯНКИ! ПОБЕДА ЗА ВАМИ! ЮБКИ В ЭТОМ ГОДУ БУДУТ КОРОЧЕ!» Ну и, конечно, повсюду календари с голыми девочками.