– Ты сказал, что у тебя выдался странный день.

– В моем офисе появился шестнадцатилетний сводный брат, о существовании которого я даже не подозревал.

Ее глаза расширились.

– Ох, ничего себе!

– Я отреагировал примерно так же.

– Но как ты мог не знать о его существовании?

Хороший вопрос. Кейд уже так давно избегал любых разговоров о Ное, что просто не знал с чего начать.

– Я видел своего отца только один раз в жизни. Мама забеременела, когда училась в средней школе. И так получилось, что он нас бросил. Мне исполнилось десять лет, когда отец соизволил встретиться со мной. Сначала я злился на него за такое долгое отсутствие, но потом мы вышли во двор и начали играть в футбол. И это было здорово. Очень здорово! Казалось, что отец, которого я едва знал, идеально вписался в мою жизнь. Разумеется, это оказалось всего лишь иллюзией, – сухо закончил он.

– Что случилось?

– Когда мы закончили играть, Ной – мой отец – пригласил меня в следующие выходные пойти с ним на матч «Чикаго Беарз». Но в назначенный день так и не явился. Впрочем, и во все последующие тоже.

Кейд задумался, прежде чем продолжить.

– Теперь я точно знаю, почему он не пришел. Когда я назвал его папой, то в его глазах появилась паника, и уже тогда в глубине души я понял, что совершил непоправимую ошибку. В течение многих лет я мечтал вернуться назад и сделать все по-другому. Мне стоило промолчать и не переживать так сильно. Тогда я смог бы избежать ужасного разочарования.

Кейд немного помолчал и взглянул на Брук.

– Я никогда и никому этого не говорил.

– Почему же мне рассказал? – спросила она, не отрывая от него глаз.

Кейд сделал вид, что задумался над ее вопросом.

– Возможно, мне захотелось выговориться, а ты оказалась рядом.

Брук улыбнулась. Он притянул ее поближе, и она уютно устроилась на его груди, а их обнаженные ноги тесно переплелись.

Безусловно, уже завтра утром Кейд задастся вопросом, почему он рассказал Брук о своем прошлом намного больше, чем кому-либо другому.

Определенно эту пятницу трудно было назвать удачной для корпорации «Рестораны Стерлинга».

Большую часть дня Брук провела с Китом – вице-президентом по безопасности, – который несколько дней назад получил анонимный звонок от женщины, якобы работавшей в одном из их ресторанов, в «Юнайтед-Центре».

Она сообщила, что управляющий вот уже несколько месяцев ворует деньги компании, в конце рабочего дня обнуляя кассовый аппарат с наличкой.

Поначалу они оба отнеслись к этой информации скептически.

– Дейв работает в компании уже семь лет, – сказала Брук, имея в виду управляющего рестораном. – Они с Яном постоянно играют в гольф. Дейв в жизни не стал бы обкрадывать компанию и своего друга.

– Возможно, эту женщину уволили или чем-то обидели, вот она и пытается оклеветать Дейва, – высказал предположение Кит.

– Скоро узнаем.

Они с Брук решили, что Кит немедленно проведет служебное расследование и доложит ей о результатах.

И вот теперь они знали правду.

– Я надеялся, что всему этому найдется другое объяснение, – сказал Кит, рассказывая Брук об итогах проверки. Обычно такой хладнокровный, сейчас он выглядел очень удрученным.

К сожалению, обвинения против Дейва оказались правдивыми.

Брук вздохнула, одновременно испытывая раздражение, гнев и разочарование. Увольнять гомофобного придурка, с которым она никогда не встречалась, это одно, а вот проблема с Дейвом Лайонсом – совсем другое. Брук хорошо его знала – ведь тот был их старшим сотрудником. А с его женой она с удовольствием общалась на ежегодных корпоративных вечеринках.