Светлана рассмеялась и, усевшись на краешек стола, положила ногу на ногу, одновременно слегка откинувшись назад. Ее ироничный, уверенный взгляд и вздымающаяся грудь со все еще твердыми сосками приглашали, а влажный треугольник внизу заманивал.

Та задохнулась от неожиданности, чувствуя как ее пытается унести сладкая волна, а телу так и хочется откинуться назад, раздвигая ноги все шире и шире, но она сумела преодолеть себя, перехватить коварную ногу за щиколотку и даже ответить на вопрос:

Светлана только рассмеялась в ответ на ее слова и продолжая безобразничать попыталась стянуть мантию с ее плеч.

Людмила почувствовала что проигрывает и предприняла ответные шаги: резко рванула Светлану на себя, одновременно разворачивая ее животом и грудью на стол, добившись чего хотела, выпустила ноги, но навалилась сзади, прижав затихшую и полную надежд подругу к столешнице. Светлана надеялась не зря, а вот Людмила сделала только хуже -- столь плотный контакт двух жаждущих тел и в результате она не сумела сдержать себя, дрожащей рукой задрала мантию и легла-вбила себя в прогнувшуюся Светлану. Довольно долго в шатре раздавались лишь влажные тугие шлепки и парные вскрики. Через некоторое время и пару оргазмов Людмила пришла в себя, отстранилась, насколько могла оправила одежду и вернулась к допросу, а вновь усевшаяся голой попой на стол Светлана разочарованно вздохнула -- подруга-командующая все еще предпочитала любовным утехам слова.

Людмила была не согласна, и между подругами произошла почти настоящая борьба, на этот раз победительницей вышла Светлана, а гневно сверкавшая глазами Людмила оказалась прижата к столу.

Подруги не размыкая объятий и не прерывая поцелуев словно закружились в танце, в котором вела обнаженная Светлана, вела свою одетую подругу, вела к спальному ложу и вскоре привела, но именно Людмила толкнула ее на постель. Какое-то время жрица стояла и смотрела на ждущее ее тело: на полное страсти лицо, на вздымающуюся в возбуждении грудь, на широко раздвинутые ноги и то что между ними. Насмотревшись, медленно и напоказ, давая подруге насладиться каждым мгновением, распахнула верхнюю часть мантии, спустила ее с плеч, развязала пояс и все также медленно помогла ткани соскользнуть на бедра, щиколотки, в конце-концов на пол. Распрямилась, давая жадному взору оценить красоту своего тела, длину ног, плоский живот, изгиб бедер, тяжесть груди и как завершающий штрих резко откинула голову назад, хлестнув пушистыми светлыми волосами по своей спине и попе. Светлана ответила на демонстрацию своей: облизала губы и провела руками по своему телу от груди до низа живота, а также шире раздвинула ноги приглашая. Людмила приняла приглашение  и залезла на кровать, толкнула попытавшуюся обнять ее Светлану назад и полезла дальше и выше, но не касаясь трепещущего тела под собой. Остановилась, когда глаза смотрели в глаза, и только тогда медленно опустилась влажным треугольником волос внизу на жаждущий и мокрый треугольник, животом на живот, грудью, твердыми сосками на грудь и соски, дала вскрикнувшей подруге ощутить тяжесть ее тела на себе, осознать всю меру ее желания, сама ощутила биение сердца в другой груди, почувствовала низом живота биение пульса, двух пульсов, что с каждым мгновением становились одним, и лишь затем Людмила накрыла губами давно изнывающие в ожидании поцелуя губы. Больше в шатре не раздавалось слов, только  крики и стоны и другие вековечные звуки страстной искренней любви.

Более часа напряженной любовной акробатики, животных грубостей и нежных ласк остались позади, и усталая телом, но отдохнувшая душой Людмила крепко прижимала счастливо уснувшую подругу к себе, целовала ее волосы и в полусне вспоминала, как это все у них началось.