Взявшись за перила, она опустилась на нижнюю ступеньку ведущей на второй этаж лестницы и положила голову на поднятые колени.

Гарри бросил ее.

И, насколько она успела понять, бросил из-за того, что считает ее вертихвосткой. Гарри второй мужчина, с которым Мэгги спала, втайне надеясь, что он будет и последним. И что ответит взаимностью на ее чувства. Впереди ей уже виделась долгая и счастливая совместная жизнь.

Разве могла она ожидать того, что сейчас произошло? Гарри выглядел таким обиженным. Неужели и впрямь приревновал ее к Хаммеру?

Глаза Мэгги наполнились слезами.

Наконец-то она нашла все то, чего ей недоставало в жизни: интересную работу, любимого человека. Но самое главное – она нашла себя, ту женщину, которая долгое время пряталась в оболочке ее тела. И вот сейчас первое и второе оказались потерянными.

– Эй, парень, какая муха тебя укусила? – рассмеялся его коллега Дейв, у которого было непривычно хорошее настроение для утра понедельника.

Мэгги Догерти, вот какая муха!

– Не обращай внимания. Просто у меня ничего не получается с расследованием по делу «Океаника». Питер требует, чтобы я поскорее вернулся в отдел, и он прав. «Океаник» чист. Ни единой зацепки.

Равно как и личная жизнь агента Гарри Джонса – ничто больше не связывает его с зеленоглазой, озорной девушкой-бухгалтером. Интересно, до каких пор это будет повторяться? Сначала Саманта, затем Мэгги…

То, что происходило между ними, казалось таким настоящим, несомненным – примерно как подозрения Гарри насчет «Океаника».

– Значит, ничего? – переспросил Дейв.

– Старик, не сыпь соль на рану. Завтра утром я вернусь в контору, там и потолкуем.

– Ладно, но, может, напоследок тебе будет интересно кое-что узнать.

Гарри только сейчас различил в голосе приятеля тщательно скрываемое нетерпение. Впрочем, за всем этим мог стоять обычный розыгрыш, для которого у Гарри сейчас не было настроения.

– Что же?

– Нынче утром прибыли лабораторные анализы тех щепок, которые ты передал.

– И?

– В основном обычная древесина.

– Очень смешно, – проворчал Гарри, начиная понимать, что в данный момент о подвохе нет даже речи.

– Да, парень. Только вот незадача – есть там некоторые посторонние примеси. Похоже, твои деревяшки соприкасались с кокаином.

– Я весь внимание.

На минутку на другом конце провода наступило молчание. Дейв явно хотел усилить эффект от своего сообщения.

– Позже лаборатория исследовала обрывок упаковочного материала, в который ты завернул образец. И тут выпал главный приз!

– Бумага?

– Она самая, приятель! Совершенно новая технология, но парни из лаборатории уже сталкивались с подобными фокусами. Сначала кокаин внедряли в кирпич, потом в ацетатное полотно, а сейчас в упаковочную бумагу. Собаки ничего не чуют, с виду все выглядит естественно, так что можно без проблем пройти пограничный контроль. Если только не появится этакий настырный агент ФБР, который никак не желает сдаваться. Сам понимаешь, имен называть я не могу, но, возможно, ты догадываешься, о ком идет речь…

– Ах ты, стервец!

Гарри наслаждался моментом. Теперь смерть Кена не останется безнаказанной. И если они будут действовать очень осторожно – и если им повезет! – то смогут раскрыть всю преступную сеть.

– Хочешь, чтобы я начал прослушивание?

– Да, пожалуй, пора.

– А у тебя есть в «Океанике» свой человек?

– Был, но больше нет. Все, мне пора уходить.

Гарри в самом деле некогда было больше беседовать по телефону. Он бросился к дому Мэгги и стал барабанить в дверь кулаком.