Изменить размер шрифта - +
Семья не могла мириться с его тягой к пьянству, азартным играм и разврату. Только бабушка терпела возмутительные выходки Грэма, но никто не одобрял ее снисходительности. И менее всех — дедушка. Он пробовал учить Грэма палкой, но эта мера не возымела успеха. — Услышав вздох Беркли, Гаррет улыбнулся. — Признаться, я бы не стал искать его, если бы не серьга. Я хочу забрать ее. Она принадлежит мне.

У Беркли ослабли колени, но садиться рядом с Андерсоном она не хотела.

— Стало быть, серьга — ваша? — Девушка едва улавливала смысл его слов. Неужели Гаррет — тот самый человек, которого ищут Колин и Декер? Она посмотрела на Андерсона:

— Ты знал об этом?

Андерсон лишь улыбнулся.

Беркли подумала, что Торнов вряд ли можно назвать их клиентами в полном смысле этого слова. Судя по всему, еще до встречи с ними Андерсон сговорился с Гарретом.

— Не понимаю, — сказала она. — Капитан Торн утверждает, будто бы последним владельцем этой серьги был ваш брат.

— Последним, но не законным, — возразил Гаррет. — Говорил ли он вам, что украшение ему подарили?

Беркли опустила глаза. Известно ли Гаррету и Андерсону, что Грей ничего не может сказать по этому поводу, поскольку потерял память?

— Вы зовете его Грэмом. Но сейчас он носит имя Грей, — осторожно заметила она.

— Так называла его бабушка. Но больше никто. Исчезновение Грэма убило ее. Я никогда не прощу ему этого. Взять это уменьшительное имя с его стороны такая же дерзость, как и то, что он объявил себя владельцем серьги. Это украшение никогда не принадлежало ему по праву. Оно принадлежит семье.

— У меня нет серьги.

Андерсон покачал головой:

— Не унижай себя ложью, Беркли. Мальчишка сказал, что серьга у тебя. Он даже знает, где ты хранишь ее.

— Да, — отозвалась Беркли. — Мне известно об этом. Нат украл у меня серьгу, собираясь передать ее вам. Сомневаюсь, что вы предложили за украшение сумму, хоть сколь-нибудь близкую к его истинной стоимости.

— В обмен на это, — Андерсон рассматривал свои ногти, — мы предложили мальчишке жизнь.

Ноги у Беркли подкосились. Гаррет тут же вскочил, подхватил ее и усадил в кресло.

— Так, где же серьга? — спросил Андерсон. Опустив глаза, она покачала головой:

— Не знаю. Я не видела украшение с тех пор, когда Нат забрал его.

Гаррет разразился бранью, но Андерсон жестом велел ему умолкнуть.

— Беркли лжет. Не верю, что она согласилась бы подвергнуть мальчишку опасности, и тем не менее это ложь. Беркли нипочем не спустит глаз с серьги.

— Я и не спускала. Но лишь до тех пор, пока Нат не стащил ее. Кстати, по вашей просьбе, не забывайте. — Она указала на изящную резную шкатулку, стоявшую на каминной полке. — Я держала серьгу там.

Андерсон даже не взглянул в ту сторону, но Гаррет тут же метнулся к камину. Как и полагал Андерсон, внутри ничего не оказалось.

— Уж не думаете ли вы, что она отдаст украшение после того как утверждала, будто не знает, где оно?

— Нат украл серьгу по вашему наущению, — повторила Беркли. — Полагаю, он собирался отдать ее вам в ту самую ночь, когда сбежал из отеля. Но серьги у вас нет, значит, мальчик продал ее кому-то другому, возможно, человеку, который действовал от вашего имени. Наверняка известно одно — когда я тем же вечером отыскала Ната, серьги при нем не оказалось.

— Не стоило было отпускать мальчишку, — заметил Гаррет. — Не надо было верить его словам.

— Я верю ему больше, чем Беркли.

Быстрый переход