– Пару секунд. Соединяю.

   – Слушаю тебя, Власаныч, – мое имя-отчество – Владимир Александрович – считается почему-то труднопроизносимым, и у нас в бригаде старшие офицеры зовут меня одним словом – Власаныч. Начальник штаба сводного отряда спецназа ГРУ майор Ларионов не из нашей бригады, но откуда-то знает это сокращение. Впрочем, наверное, он знакомился с офицерами сводного отряда не только по стандартным, мало что говорящим характеристикам, но и созванивался, например, с комбатом или с начальником штаба батальона, интересовался мнением и возможностями.

   Но я человек не обидчивый. Меня как ни зови, я останусь неизменно прежним. Значит, и переживать от такого коверкания имени не стоит.

   – Товарищ майор. У нас тут странное «ЧП» в небе произошло. Не знаю даже, как доложить. Только очень прошу воспринять всерьез. Я сегодня не пил, и наркотой не баловался. Не только сегодня, а вообще никогда. И весь взвод это видел.

   – Странные «ЧП», Власаныч, – майору, кажется, нравилось произносить это странное сочетание имени и отчества, – произошли не только в небе над тобой. Эти «ЧП» наблюдались над целыми районами Дагестана и Чечни, и, как говорят данные радиолокации, над территорией Грузии тоже. И вся армия на ушах стоит. Если, конечно, ты имеешь ввиду воздушный бой инопланетных космических флотов. Пока это именно так трактуется, хотя никто не знает точно, что это было такое. Наша авиация пытается разобраться. ПВО пыталось послать три ракеты на поражение, но ракеты были сбиты какими-то лучами из неоткуда.

   – Точно так же, как самолеты, товарищ майор. Летело три СУ-30CМ. Луч вылетел из пустого места, потом еще два луча. Два были белого цвета, один фиолетового. Все три самолета загорелись. Летчики катапультировались. В настоящий момент вижу их парашюты. Спускаются. И вот ломаю голову – свою задачу выполнять или летчиков спасать.

   – Это новость. Про сбитые самолеты я не знал. И по телевидению ничего не сказали.

   – Я снял на видео и инопланетян, если это инопланетяне, и самолеты, и лучи, что их сбили, и парашюты. Сейчас отправлю вам сюжет. Одна просьба.

   – Слушаю.

   – Если отправите сюжет на телевидение, пусть не указывают авторство. Можете себя автором назвать.

   – От алиментов что ли прячешься?

   – Можно и так вопрос поставить, – не стал я откровенничать, но из-за заботы о своей семье оставаясь настойчивым в желании сохранить сугубую анонимность. – Тем не менее, это серьезная просьба.

   – Ладно. Высылай. Просьбу учту. А что у тебя с основным заданием? Добрался до Арсамакова? У тебя же, кажется, все данные были, и времени хватало.

   – В том-то и дело, товарищ майор, что во время боя, когда мы половину банды уже уничтожили, над нами развернулась эта картина. Бандиты воспользовались моментом, когда мы на сто процентов отвлеклись, и ушли в скальный лабиринт. Сейчас будем искать варианты обхода.

   – Понятно. Пересылай видеоматериал. Буду ждать.

   * * *

   Видеосюжет я отправил. Это не сложно и не долго. А мы время не теряли, хотя после увиденного пребывали в некоторой растерянности и естественной задумчивости, однако, уже начали искать обход скалы с лабиринтом.

   Начальник штаба вышел на связь со мной через полчаса.

   – Власаныч, я сейчас доложил твою съемку командованию.