Я повернулась к Ворону:

— Это твоих рук дело.

Он загадочно улыбнулся:

— Нет, Джарра, я лишь поговорил с несколькими людьми, отец Далморы – еще с несколькими, а Люций Август Гордиан – с бесконечным множеством людей. Чудесно быть частью всего этого, помочь исправить несправедливость, но на самом деле это все твоя заслуга.

Я покачала головой:

— Глупость какая-то…

— Нет, не глупость, — возразил Ворон. — Люций Август Гордиан боролся за своего внука, но он не стал бы рисковать карьерой и социальным статусом клана, если бы клан Теллона Блейза не стоял у истоков. Отец Далморы, благодаря своей известности, мог поговорить с сильными мира сего, но они послушали его лишь потому, что видели на экране Джарру Телл Моррат. Я убедил рыцарей Адониса устроить процессию, но они делали это не для каких-то безымянных землян; они маршировали для сияющей девушки.

Все смотрели на меня. Я не могла произнести ни слова, и лица окружающих вдруг странным образом размылись.

Меня обняли, рядом раздался голос Фиана:

— Джарре надо прийти в себя, — он потащил меня прочь по коридору в другую комнату. — Можно запереть дверь?

Я какое-то время тупо пялилась на панель, потом по памяти ввела код и наконец огляделась.

Мы оказались в одной из гостевых комнат – в бледно-голубых и белых тонах, под стать пейзажу за стеклянной стеной. Я прошмыгнула через боковую дверь в ванную и умыла лицо прохладной водой. А когда несколько минут спустя вернулась, Фиан сидел на одном из больших изогнутых диванов у окна. Я опустилась рядом.

— Выставила себя полной идиоткой.

Он покачал головой:

— Вовсе нет.

— Фиан, я только что разревелась на глазах Плейдона, всего курса, «Кассандры-2» и рыцаря Адониса!

Он тихо рассмеялся, обнял меня и притянул к себе:

— Джарра, тебе можно иногда поддаваться эмоциям.

— Я просто вдруг осознала свою глупость…

— И что же такого глупого ты сделала?

— Вовремя не сообразила. Смотри: генерал-маршал хотел выбрать другие миры для инвалидов. Самые населенные сектора – Альфа и Бета. Их планетарные представители легко могли выиграть голосование против трех других секторов вместе взятых. Я права?

Фиан кивнул.

— И военные понимали, что нужно переманить на нашу сторону Альфу и Бету. Начали с Беты, так как я – часть клана Телл, потому удалось привлечь военные кланы. С Альфой сложнее. Далмора – моя подруга, а ее отец – знаменитость, но он не обладает большим политическим влиянием, — я рассмеялась: — Я дура, полная дура! Когда полковник Левек сказал, мол, выбрал нам в телохранители Ворона, потому что рыцаря Адониса нельзя подкупить, я ему поверила. Но на самом деле причина в прямом доступе к политическому центру Альфа-сектора.

— Армия должна оставаться политически нейтральной. Они бы не посмели приказывать рыцарю Адониса использовать свое влияние, но… ты права, Джарра. Ворона выбрали в надежде, что ему придется бороться за нас не только физически, но и политически. Могу представить, как Левек высчитывал вероятность успеха, и цифры выросли, когда он заметил, что Ворон – романтик, пытающийся быть достойным своей рыцарской клятвы. Только вспомни ее текст.

— Рыцарь обязан демонстрировать благородство, честь, достоинство, мужество и совершенство во всех добродетелях, а также стоять на страже справедливости, — процитировала я.

— Точно. Разве ты не видела выражение лица Ворона? Он искал возможность стоять на страже, а нашел тебя. Сияющую девушку. Олицетворение инвалидов. Ты представитель группы, страдающей не только от предрассудков, но и от вопиюще несправедливых экспериментов.