— Это меня и настораживает, — ответил Силас, — У нас остался только один день и за это время мы должны вывести тебя к дворцу. Завтра на рассвете мы снова станем духами и вернемся в подземный мир. Ты останешься одна.

Я кивнула.

— Значит, надо торопиться, — сказала я.

Силас улыбнулся мне.

— Знаешь, — произнес он, — Я одобряю выбор моего сына. Ты будешь ему замечательной женой.

Я промолчала в ответ. Я не знала, рассказать ли ему о моем сне? Возможно, это была всего лишь игра моего воображения, но я все-таки думала, что видела то, что происходит в действительности. Я боялась, что не успею, и Орана что-то сделает с Дагоном, она уже что-то делала, я чувствовала это. Мне было тревожно за сына, за Алазара, за Дагона и Гуду с Урбаном. Я не знала, что сейчас происходит с ними. Бедная Кинса умерла из-за меня. Какие есть гарантии, что Оране не удастся проникнуть во дворец Алазара и она не убьет его и Данна? В моей голове было столько мыслей и они пугали меня. Мне надо было сосредоточится только на том, чтобы преодолеть лабиринт и проникнуть во дворец, но я не могла не думать о тех кого любила, не могла не переживать за них, понимая, что сейчас это делает меня слабой.

Задумавшись, я даже не заметила, как Силас резко остановился, и я буквально налетела на его спину. Он поднял вверх руку, призывая нас всех соблюдать тишину. Я посмотрела него, мой взгляд словно спрашивал, что произошло. Силас кивком головы показал вперед, и я увидела, как в конце тоннеля забрезжил дневной свет. Там был выход из лабиринта, но почему мы тогда остановились? Я была в недоумении. Силас склонился ко мне и еле слышно произнес:

— Сейчас мы все пройдем вперед, ты останешься здесь и что бы ни случилось, пока я не скажу, будешь стоять на месте. Но когда я крикну, беги, ты побежишь к выходу со всей скоростью, на которую только способна. Что бы ты ни увидела, ты не остановишься, пока не выйдешь из лабиринта, поняла?

Я кивнула. И Силас с духами пошли вперед. Когда они отдалились от меня на несколько метров, из-за колючей стены вышло нечто огромное, похожее на комок слизи с длинными щупальцами. Два больших зрачка перекатывались в мутных глазницах. Оно увидело духов и возбужденно забулькало. Я увидела, как Силас обнажил меч и бросился на это странное существо. Остальные духи последовали за ним. Я стояла на месте и, не отрываясь, следила за развязавшимся на моих глазах боем. Конечности, которые отрубали воины, у существа тут же вырастали вновь. Они словно вытекали из скользкой массы. Внезапно, существу удалось схватить одного из сражавшихся. Из горла Духа раздался душераздирающий крик, и я увидела, как он становится прозрачным, но, не смотря на это, ему не удавалось выскользнуть из слизких щупалец. Мерзкая тварь раскрыла беззубый рот и буквально всосала туда воина. Он страшно кричал и отчаянно сопротивлялся, я поняла, что с ним происходит что-то необратимое, словно он умирает, но как могла умереть бессмертная душа? И тогда я поняла, чего боялся Силас. Это существо питалось душами и если оно поедало её, то она переставала существовать. Я похолодела. Воины сражались отчаянно, а стояла и только могла, что наблюдать за происходящим. Мне хотелось хоть как-то помочь им, но что-то подсказывало мне, что Силас знал, что делал, когда не разрешил мне подходить к существу.

Наконец, духам удалось загнать противника обратно за стену. В этот момент Силас закричал мне, чтобы я бежала, и я рванула вперед. В миг, когда я промчалась мимо духов, прямо из колючих ветвей на меня выскочило прозрачное щупальце, я, моментально отреагировав, упала на колени, и меня по инерции пронесло прямо под ним.

— Беги! — крикнул мне вослед Силас и я, проворно вскочив на ноги, бросилась к свету. За моей спиной снова кто-то закричал. Я поняла, что пожиратель душ кого-то схватил, и я молила Богов, чтобы это оказался не Силас.