Мужчины тем временем восстановили ворота. Дагон собрал два корабля лучших воинов и за неделю до свадьбы отплыл в неизвестном направлении. Эйрик на это время оставался за главного в доме. За день до празднования, вождь вернулся. Я увидела его лишь мельком утром, когда мы с Гудой упражнялись на скале. Вечером мы с невестой заканчивали ей платье, и ужинали в нашей комнате. Гуда сияла в предвкушении завтрашнего дня. Она была необыкновенно молчалива и задумчива и на мои вопросы отвечала рассеянно. Спать мы легли, когда было далеко за полночь. Я слышала, как из глубины дома раздается мужской смех, в зале царило веселье и его отголоски просачивались сквозь стены, тревожа мой сон. А сон снился странный. Словно я бегу по берегу моря и словно боюсь куда-то опоздать, а вдалеке стоит одинокая фигура и ждет меня. И я знаю, что если не успею, случится что-то страшное, что если не потороплюсь, то потеряю дорогого мне человека, хотя даже не знаю кто это. Вроде обычный сон, но проснулась я в поту и всю оставшуюся ночь лежала с широко открытыми глазами, вглядываясь в темноту и прислушиваясь к ровному дыханию спящей рядом подруги.

Утром, едва забрезжил рассвет, как Гуда подняла меня и, заставив быстро одеться, буквально поволокла из дома.

— Сейчас мы увидим корабль Урбана! — прошептала она счастливо.

Утро выдалось морозное. За ночь намело снега, и мои ноги буквально по колено утопали в сугробах. Мы подошли к краю тропы, с которой открывался прекрасный вид на лежащее внизу море, и увидели, как вдалеке на самом горизонте показались корабли. Самым первым шел корабль с невероятно красивым красно-желтым парусом. Остальные корабли шли за ним вереницей.

— Мы будем ждать их здесь, — объяснила Гуда, — Урбан должен привезти выкуп за меня и подарки моей семье. Сначала, он одарит нашего вождя, затем его брата и нашу мать, а потом попросит разрешения увидеть невесту, то есть меня. До этого, я не должна показываться ему на глаза. Братья сперва откажут ему, так заведено, но он будет просить ещё раз и тогда его отведут в дом, и тут будет мой выход.

— У нас все намного проще, — сказала я.

Мы видели, как причалили корабли, и Гуда потянула меня за рукав.

— Пойдем в дом. Сейчас меня оденут и распустят волосы. Урбан должен будет сам заплести мне косу, в знак того, что я его избранница.

В комнате нас уже поджидали молодые девушки-рабыни. Они ловко переодели Гуду, облачив в великолепное белое платье, украшенное по подолу мехом соболя и расшитое, нашими стараниями, золотыми узорами и жемчугом. Гуда приколола к груди серебреную брошь в виде головы диковинного зверя. Рабыни распустили её волосы, и они тяжелыми прядями, почти до самой талии, укрыли спину невесты. На ноги она надела дорогие сапожки из толстой кожи, подарок Эйрика, привезенный им из прошлого плаванья.

— Какая ты красавица, — восхищенно сказала я подруге. Гуда улыбнулась в ответ и покружилась, давая мне рассмотреть себя со всех сторон.

— Я надеюсь, что скоро ты окажешься на моем месте, — сказала она.

Я рассмеялась и отрицательно покачала головой.

Через некоторое время в комнату постучали. Вошел раб и сказал, что госпожу Гуду ожидают в зале. Она оживилась и, подобрав полы платья, величественно проплыла мимо меня в двери. Я последовала за ней на некотором расстоянии. Когда мы вошли в зал, там уже ожидал Урбан. Гости стояли у стен и молчали. Я увидела Эйрика и встала возле него, чтобы наблюдать дальнейший обряд.

Гуда подошла к жениху и смиренно опустила голову.

— Согласна ли ты, Гуда из рода Рейнара, стать моей женой? — спросил Урбан.

— Да, — тихо ответила Гуда, не поднимая глаз.

По обычаю, Урбан повторил свой вопрос ещё дважды, на что девушка по прежнему отвечала — да.