— Присмотри за огнем и не забудь разбудить смену, — сказал Дагон брату. Не выпуская моей руки, он повел меня в лес. Несмотря, на то, что вокруг царила полная тьма, он шел уверенно, явно зная путь.

— Я нашел это место, когда мы осматривали берег, — сказал Дагон, — Тут недалеко. Тебе понравится!

Вскоре мы вышли к небольшому озеру, окруженному невысокой каменной грядой. От поверхности воды исходило мягкое свечение, и, я удивилась, пар! Дагон подошел к воде и, сбросив одежду, нырнул. Когда его голова показалась на поверхности, он призывно махнул мне рукой.

Я склонилась и потрогала воду. Она была довольно теплой.

— Что это? — удивилась я.

— Где-то поблизости вулкан, — объяснил Дагон. — Он нагревает подземные воды, впадающие в это озеро, поэтому вода такая горячая.

Я кивнула. Нарочно медленно разделась, зная, что он неотрывно смотрит на меня, и осторожно шагнула в воду. Тело охватило приятным теплом, по спине пробежали мурашки. Дагон притянул меня к себе и поцеловал. Я обхватила руками его шею, но он, смеясь, отстранился.

— Давай я сперва вымою тебе волосы, — сказал он и, подплыв к берегу, достал что-то из своей складок своей одежды.

— Мыло? — удивилась я, — Ты все предусмотрел.

— Нам обоим следует хорошо вымыться, — Дагон посмотрел мне в глаза. Его взгляд был полон желания и какого-то мальчишеского озорства.

Я почувствовала что краснею, когда он принялся довольно энергично намыливать мою спину, потом грудь. Внезапно он отшвырнул мыло на берег и припал к моим губам. Я ответила на поцелуй, понимая, что вымыться мы сможем теперь очень не скоро.

На берегу осталось несколько человек, которые должны были присматривать за ранеными и постараться привести Единорог в порядок к нашему возвращению. Нагрузившись только самым необходимым, мы вошли в лес. Всего десять человек, не считая меня, продирались сквозь заросли к неизвестности. Чем дальше мы углублялись в лес, тем становилось теплее. Через день пути, я уже сбросила теплую накидку. С каждым пройденным километром становилось все жарче. Растительность начала меняться. Если раньше нас окружали привычные сосны, ели и березы, то постепенно они уступили место лиственным деревьям. Вскоре жара стала столь нестерпимой, что я закатила штанины до колен и сняла с себя все, кроме тонкой домотканой рубахи. Мужчины последовали моему примеру. Теплые вещи, весившие немало и ставшие для нас обузой, мы оставили на привале, завалив их камнями, надеясь, что возвращаться будем этой же дорогой.

К концу второго дня растительность стала редеть. Впереди показались высокие горы. По пути нам стало попадаться меньше родников с пресной водой. В основном она была какая-то горьковато соленая, словно вытекала из моря. Земля стала сухой и изуродованной глубокими трещинами, но идти стало легче.

— За этими горами находится долина богов, — сказал на привале Дагон. Все мы сидели вокруг костра, на котором жарилась странная большая птица, подстреленная по пути Эйриком. — Между ними существует проход, ущелье, которое именуется как Дыхание Богов, и ведет в долину.

— Откуда ты все так подробно знаешь? — поинтересовалась я.

— Силас изволил объяснить, — ответил вождь, — У нас была довольно долгая беседа перед самым отплытием.

— И что это за проход такой? — спросил Эйрик, — Ведь не может быть все так просто?

— Узнаем на месте, — сказал Дагон.

Все ночи я спала рядом с Дагоном. Находясь в его объятьях и прислушиваясь к ровному дыханию, думала о том, что никогда не прощу себе, если с ним что-то случится.