К середине третьего дня, мы вошли в долину гейзеров. Обходя её, пришлось сделать значительный крюк. С каждым нашим шагом горы становились все ближе. Я никогда ещё не видела столь высоких, укрытых снежными шапками, вершин. Только на ближайшей к нам горе, снег отсутствовал полностью, и она была не так высока, как остальные. Эйрик сказал, что это и есть вулкан. Когда-то в походе ему довелось слышать рассказ жителя одной южной скалы о том, как происходит извержение. Он так красноречиво мне все описал, и я с ужасом представила себе, что случится, если вулкан проснется, когда мы будем проходить поблизости от него.

— Если бы Алкей был с нами, он бы мог мне многое рассказать и объяснить, — с тоской вспомнила я о старике-лекаре. Он знал так много всего, что я иногда удивлялась, как столько знаний могут вместиться в одного человека.

Мы шли уже неделю, казалось, проклятые горы никогда не станут ближе, но произошло чудо. Мы наконец-то вышли к их подножью. Мои ноги гудели, как проклятые. Спина болела, усталость сковала мышцы. Едва сев на огромный валун, поняла, что пока не отдохну, не сдвинусь с места. Даже мужчины, сильные воины, закаленные в походах и боях, с радостью приветствовали привал. Радовало только то, что жара спала и установилась умеренная температура. Вероятно, близость гор сделала свое дело, да и от вулкана мы уже были на довольно приличном расстоянии.

Разожгли костер, подогрели остатки молодого дикого кабана, пойманного вчера утром. Я устала настолько, что отказавшись от еды, завалилась спать и проснулась лишь днем, когда солнце уже достигло середины небес. С трудом заставила себя размять ноющие мышцы, по фехтовав с вымышленным противником. Немного пришла в себя, когда стали просыпаться остальные. В эту ночь даже не выставили дозор. Леса вокруг были безопасны. За весь путь от берега моря, до подножия гор, мы ни разу не встретили ни одного хищника. Животных в пути попадалось мало и в основном это были козы, дикие свиньи и различные виды птиц.

— Сегодня всем стоит хорошенько отдохнуть, — предупредил за завтраком Дагон, — Завтра нам предстоит тяжелый путь.

Когда они, вместе с Эйриком собрались обследовать местность, я напросилась с ними. Мы долго шли вдоль гор, по пути Эйрик подстрелил из лука какую-то птицу, очень похожую на утку и привязал тушку к поясу.

— Где-то здесь должен быть вход в ущелье, — сказал Дагон.

— Ты уверен, что мы идем в правильную сторону? — спросил Эйрик.

— Да. Только не знаю, сколько придется пройти, прежде чем мы обнаружим этот проход.

Мы продолжали двигаться вдоль гор, когда моё внимание привлекла густая растительность, покрывавшая гладкую стену. Я указала на неё Дагону. Мы подошли ближе. Я достала свой меч и воткнула его в покрытую зеленью скалу. К моему удивлению, клинок ушел в пустоту. Тогда мужчины разрубили переплетение лиан, и нашему взору предстал глубокий темный тоннель, уходящий в глубину гор.

— Интересно, тот ли это проход, который мы ищем, — произнес Эйрик.

— Но это же совсем не ущелье, — возразила я.

— Но тоннель может вывести нас к ущелью. Надо бы его исследовать, — Эйрик срубил толстую ветвь дерева, достал из наплечного мешка длинную полосу ткани, обильно пропитанную маслом и, намотав ткань на край ветки, зажег её с помощью кремня и кресала.