— Он скажет то же самое, если ты сейчас вернешься.

 Линдси отвела глаза от альбома и встретилась с Мэй взглядом, почувствовав сковавшее шею напряжение.

 — Сейчас мне двадцать пять, — мягко напомнила она.

 — Он скажет, — настаивала Мэй. — Мы обе это знаем. Ты…

 — Мама, — резко оборвала ее Линдси, затем, недовольная своим тоном присела около кресла. — Прости, я не хочу об этом сейчас говорить. Прошу. — Она прижала их соединенные руки к своей щеке и вздохнула. Ей так хотелось, чтобы между ними было нечто большее, чем балет. — У меня только одна или две минуты.

 Мэй внимательно посмотрела в темные, выразительные глаза дочери и увидела в них мольбу. Она беспокойно задвигалась в кресле.

 — Кэрол не говорила мне, что вы с Энди сегодня куда-то идете.

 Вспомнив, что мать Энди приходила к Мэй днем, Линдси поднялась и начала осторожно объяснять.

 — Я встречаюсь сегодня не с Энди.

 Она пригладила складки на платье.

 — Не с Энди? — Мэй нахмурилась. — С кем же тогда?

 — С дядей моей новой ученицы. — Линдси снова посмотрела на мать. — У нее есть потенциал и настоящий природный талант. Я бы хотела, чтобы ты на нее посмотрела.

 — А что на счет него?

Мэй отмахнулась от мыслей о новой ученице Линдси и снова уставилась в раскрытый альбом.

 — Я не очень хорошо с ним знакома. Он купил Клифф-Хаус.

 — Да? — внимание Мэй вернулось.

Она была в курсе, что Линдси восхищается этим домом.

 — Они переехали совсем недавно. Кажется, Рут осиротела несколько месяцев назад. — Она замолчала, вспомнив грусть в глазах девушки. — Она меня очень интересует. Я хочу поговорить о ней с ее дядей.

 — Поэтому ты идешь с ним ужинать.

 — Верно. — Раздраженная из-за желания оправдать обычное свидание, Линдси направилась к двери. — Не думаю, что сильно задержусь. Тебе что-нибудь нужно перед тем, как я уйду?

 — Я не инвалид.

 Линдси посмотрела на мать. Губы Мэй были сжаты, пальцы крепко вцепились в альбом.

 — Я знаю.

 Между ними повисла тишина, которую Линдси считала непробиваемой. «Почему, — думала она, — чем больше я живу с ней, тем шире эта пропасть?» Тишину разорвал дверной звонок. Изучая свою дочь, Мэй увидела нерешительность. Она прервала зрительный контакт, снова вернувшись к альбому, лежащему на коленях. — Спокойной ночи, Линдси.

 Почувствовав, что потерпела очередную неудачу, Линдси повернулась к двери.

 — Спокойной ночи.

 Она быстро шла по коридору, пытаясь стряхнуть плохое настроение. «Нет ничего, что я могла бы сделать иначе, — говорила она себе. — Я ничего не смогла бы изменить». Ей вдруг захотелось сбежать. Просто открыть входную дверь, выйти из дома и продолжать идти, пока она не будет где-то в другом месте. Где угодно. Где она сможет выяснить, чего она на самом деле от себя хочет. Линдси распахнула дверь, чувствуя накатившее на нее отчаяние.

 — Привет. — Она встретила Сета с улыбкой, затем сделала шаг назад, чтобы впустить его в дом. Темный костюм идеально подходил для его стройной, элегантной фигуры. В его смуглом, узком и проницательном лице, казалось, было что-то греховное. Линдси поняла, что ей нравится этот контраст. — Полагаю, мне понадобится пальто. Становится холодновато.

Она подошла к шкафу и достала оттуда темное кожаное пальто.