Ты пришла присоединиться ко мне или просто поглядеть на мою задницу? – спрашивает он, не поворачиваясь.

  Я думала, здесь будет занавеска или дымчатое стекло.

Он поворачивается лицом ко мне, и я вздыхаю, становясь к нему спиной. Он, в свою очередь, накрывает меня глубоким, хриплым смехом. – Я мог бы притащить тебя сюда c собой, и ты бы не

увидела меня.

Мое сердце прыгает от угрозы, что без сомнения он выполнит ее, и я разворачиваюсь, бросаясь

к нему, и давя своей спиной на дверь душа, чтобы держать ее в закрытом положении. – Что я сказала

о том мужчине, когда была под действием лекарств?

  Ни черта.

Я поворачиваюсь лицом к нему, забывая, что он восхитительно голый, пока, конечно, он стоит

передо мной восхитительно голый, но как то я следую своему курсу. – Ты сказал, что мы оба знаем, что я делала намного больше, чем просто целовалась с ним.

Он смотрит на меня, его глаза вспыхивают жесткостью, стук брызг душа – единственный звук

между нами. Одна секунда, две, десять. Он выключает воду, не предупреждая меня, он распахивает

дверь, вынуждая меня пятиться. Я просто защищала свое положение перед тем, как он выходит из

душа и становится на коврик. У меня пересыхает во рту от вида всего, как вода обтекает все его

прекрасные части. Я очарована, как капли текут по его впечатляющему прессу и ниже… ниже…. Я

вскидываю голову. Он поднимает брови, его губы изгибаются в бесстыдной ухмылке. – Я… не знаю, почему я просто это сделала. Я имею в виду, делаю, но…

  Потому что ты хочешь меня, как я хочу тебя, но у тебя есть вопросы. Хорошо, знаешь, что.

Как и у меня, дорогая. – Он хватает полотенце с вешалки и вытирает свои волосы, оставляя все

мужественное великолепие на виду.

Мой инстинкт – повернуться, но в его глазах присутствует вспышка, что с одной стороны вызов, а с другой запугивание, и я не позволю ему выиграть. Я поднимаю свой подбородок, отказывая

позволить своим глазам снова блуждать. – Если я ничего тебе не говорила о том мужчине, почему ты

сказал, что мы оба знаем, что я делала намного больше, чем просто целовалась с ним?

Он обворачивается полотенцем вокруг своей талии, его влажные волосы вьются у его щек, подчеркивая эти колкие голубые глаза. – Ты говоришь, что не делала?

  Я сказала что то, что заставило тебя так думать?

  Ты говоришь, что не делала?

  Перестань отвечать на мои вопросы вопросами.

  Тогда ответь мне.

  Я могла бы сказать тебе то же самое,   я резко говорю. – У меня было одно причиняющее боль

воспоминание о том мужчине. Одно. Только одно, Кейден.

  Это не ответ, который я ищу.

  Ты уже знаешь ответ. Он был…   Я останавливаюсь, не уверенная, как заполнить пустоту.

  Твоим любовником,   добавляет он.

  Нет,   быстро говорю я, слово любовник  как то слишком хорошо для того мужчины. – Он не

был моим любовником.

  Но у тебя был секс с ним.

Изображение меня, привязанной к той кровати, заставляет меня сжать покрывало немного туже.

– В моем воспоминание не было ничего, связанного с сексом.

  Тогда, о чем оно было?

  Контроль,   говорю я, во мне нет сомнения.