Я зарываю свое лицо в руки и думаю о Галло и отпечатках пальцах. Мои руки падают на край

ванны. Как Никколо связан с этим? Знал ли он мужчину, которого я думаю убила? Он охотится за

мной с местью? Или он  – тот мужчина и я не убила его? Я только попробовала? Нет. Я не была бы с

гангстером. К сожалению… не знала ли я, кто и что он был? Нет. Я не убила его. Мой живот сжимается.

Возможно, я убила его. Я должна сказать Кейдену. Сейчас. Пока правда уязвима, и Галло ищет какой

то способ разрушить Кейдена со мной. Я отталкиваюсь своими ногами и встаю. Я не хочу

разговаривать с ним. Я должна рассказать ему. Я должна  рассказать ему.

Выпрямляя свой позвоночник, я встаю лицом к двери и начинаю идти, и я не останавливаюсь.

Я выхожу из спальни и начинаю спускаться по ступеням, которые при дневном свете, я могу сказать, являются какой то разновидностью матового стекла, перила из нержавеющей стали. Достигая нижнего

этажа, я шагаю по ярко белой плитке и вхожу в гостиную, которая выглядит современной и шикарной, с светло серой мебелью. Я шагаю дальше в комнату, не находя никого вокруг, изумленная обнаружить

дорожку, бегущую над моей головой и по всему периметру комнаты, также сделанная с

выгравированным, похожим на стекло, материалом.

Здесь есть еще одна лестница, ведущая к тому второму этажу, но я выбираю двери слева от

себя, которая, держу пари, ведет в кухню. Как только я там, я думаю постучать, но это кухня, не

спальня, и Кейден сказал мне спуститься, когда я буду готова. Я открываю дверь, и, держа ее открытой, мне открывается вид на другую бело серою комнату, с тремя мужчинами, собранные в круг, полностью белый остров.

Слева от меня Натан, доктор друг Кейдена, сидит на сером барном стуле с подголовником, его

коричневые волосы аккуратно уложены, его голубой костюм и галстук явно дорогие. Справа от меня

сидит мужчина, который является его полной противоположностью, с волнистыми, длиннющими

темно коричневыми волосами, его качества высечены, надпись на его явно изношенной черной

футболке на итальянском. И стоя в центре, прямо напротив меня и единственный из трех, кем я

действительно интересуюсь прямо сейчас, является Кейден.

Мои глаза встречают его, и я чувствую, как связь бьет меня в грудь. Его выражение

непроницаемое, его глаза жесткие, и все, что случилось между нами час назад стоит сейчас в воздухе

между нами. Поцелуй. Его рука на моей груди. Он голый в душе. Но больше всего его злость. – Могу

я поговорить с тобой наедине, пожалуйста, Кейден?

  У Натана плотный график. – говорит он. – Он хочет осмотреть тебя перед уходом.

  У меня все хорошо,   настойчиво утверждаю я. – Я чувствую себя намного лучше.

  Ненадолго, если мы не получим дополнительное лекарство для тебя,   уверяет Натан меня. –

И мне надо составить о тебе мнение перед тем, как давать дополнительные таблетки.

Это привлекает мое внимание, и я смотрю на Натана. – Боль собирается вернуться?

  Сейчас, если мы продолжим тебя лечить лекарственными средствами. – Он похлопывает по

стулу. – Присаживайся.

Мои губы сжимаются, и я воздерживаюсь от всего, что хотела сказать Кейдену и пересекаю

остров, забираясь на сиденье и поворачиваясь Кейдену спиной в процессе. – Позволь мне достать

некоторые приспособления из сумки,   говорит Натан, и я киваю, глядя на темноволосого мужчину на

стуле напротив меня.

  Чао ,   говорит он, махая мне двумя пальцами, удивляя меня мимолетным проблеском

прямоугольной татуировки на своем запястье, с буквами, поднимающимися к его предплечью.