— Вы шутите.

— Не знаю, что вам показалось смешным, доктор Радж, но я не могу шутить, рассказывая о массовом убийстве.

Радж молчал.

Джошуа продолжил:

— Далее, у меня есть основания считать, что Фрай действовал не один. У него, возможно, был сообщник. И этот сообщник, наверное, где-то сейчас бродит, живой и невредимый.

— Невероятно!

— Я согласен с вами.

— Вы сообщили в полицию?

— Нет. Во-первых, недостаточно улик. Но то, что уже известно, вполне меня убедило — и не только меня, а еще двух молодых людей, вовлеченных в это дело. Но для полиции материала пока недостаточно. Во-вторых, я не знаю, куда обратиться. Скорее всего, что убийства происходили в разных городах. Видите ли, я подумал, что, может, Фрай сказал вам что-нибудь такое, что само по себе и неважно, но станет важным в цепи раскопанных нами фактов.

— М-да...

— Доктор Радж, если вы по-прежнему будете защищать репутацию пациента, то череда убийств может тянуться дальше. Пострадают другие женщины. Разве вы хотите, чтобы новые смерти легли на вашу совесть?

— Ладно, — согласился Радж. — Однако это не телефонный разговор.

— Завтра утром я буду в Сан-Франциско, — сказал Джошуа.

— Хорошо, утро у меня свободно.

— Давайте встретимся у вас, в десять.

— Прекрасно, договорились. Только хочу вас предупредить. Сначала вы расскажете мне о своих фактах.

— Конечно.

— И если они окажутся неубедительными, то, извините.

— Не сомневаюсь, что удастся вас убедить, — ответил Джошуа. — У вас волосы встанут дыбом от того, что вы услышите. Итак, до завтра, доктор.

Джошуа повесил трубку и посмотрел на Тони и Хилари.

— Завтра тяжелый день. Сначала Сан-Франциско и доктор Радж, затем Холлистер и таинственная Рита Янси.

Хилари поднялась с дивана.

— Я согласна объехать весь свет, только хоть бы что-нибудь прояснилось.

Тони улыбнулся.

— Знаете... как вы обработали доктора... У вас большие способности к ведению допроса... Из вас получился бы отличный детектив.

— Я добавлю это к надписи на могильном камне, — сказал Джошуа. — Здесь лежит Джошуа Райнхарт, сварливый старик, который мог бы быть хорошим сыщиком. — Он встал. — Я голоден. Дома у меня в холодильнике бифштексы и большой выбор напитков. Чего же мы ждем?

Фрай положил окровавленный нож на тумбочку и вышел из комнаты.

Дом погрузился в неземную тишину.

Демонические силы покинули Фрая. Он чувствовал тяжесть в теле и пресыщение.

В ванной он включил душ, постоянно вертя ручки, пока вода не стала такой горячей, что едва выдерживала кожа. Фрай встал под поток, смывая кровь с волос, лица, рук. Он намылился, потом начал тереться мочалкой. Фрай был как в полусне. Он думал только о том, как тщательнее вымыться. Он смотрел, как кровь струится по его ногам показалось, не понимал, что это кровь.

Фрай хотел одного: освежить тело и выспаться в фургоне. Он был истощен. Руки, точно налитые свинцом, почти не слушались, ноги мелко дрожали и подгибались. Фрай держался за край ванны, чтобы не упасть.

Он выключил душ и вытерся большим полотенцем. Оно пахло женщиной, но Фрай не обращал на это внимания.

Он долго простоял у раковины, натирая руки щеткой, которую он нашел на полу. Кровь запеклась на костяшках пальцев и свернулась под длинными ногтями. Следовало смыть все до последней точки, чтобы ничего не осталось.