|
– Только учти, что Д'рам, новый вождь Вейра, один из немногих, кто точно знает, где находится бухта – Он усмехнулся про себя, заметив, как вздрогнула девушка. Совершенно неестественным образом Пьемур наслаждался своим положением пятого колеса в телеге. – Конечно, вряд ли Торик захочет просить Д'рама о таком одолжении… и рассказывать о своей непокорной сестрице. Но для дракона любые расстояния невелики, не так ли? Однако, сам он был весьма озабочен своими собственными обязательствами перед Ториком и заручился помощью Джексома в перенесении своих путевых заметок на карты. Шарра обрезала вытащенные откуда то пергаменты и состряпала из местных растений вполне приемлемые чернила. Они ловили рыбу, купались, изучали бухту и небольшие протоки, впадающие в нее, занимались вычерчиванием карт. Во время вечерней еды Пьемур, в лучшем стиле арфистов, услаждал слух сотрапезников рассказами об опасных приключениях и всяких необычных вещах, которым он был свидетелем. – Кстати, эти большие пятнистые кошки, – сказал он Шарре, – встречаются не только в Южном. Я видел их по всему пути. – Он постучал костяшками пальцев по развернутой карте. – Фарли всегда предупреждала меня, так что удалось избежать неприятностей. И я встречал огромных собак – просто гигантских! – с которыми тоже не жаждал познакомиться поближе. В поисках дальнейших развлечений троица уходила пешком далеко на запад, собирая по дороге яйца огненных ящериц, – Пьемур заметил несколько кладок, когда пробирался к бухте. Яйца королевских файров высоко ценились на севере, и Джексом с Шаррой старались вовсю. Они заботливо упаковывали найденные кладки в корзины, заполненные горячим песком, пока Пьемур прокладывал путь через кустарник. Но жара и долгая ходьба были еще не по силам Джексому. Часто он казался таким измученным к тому времени, когда они возвращались домой, что Пьемур сильно раскаивался, что подбил его на эти вылазки. Он вовсе не хотел подвергать риску драгоценное здоровье лорда Руата. В своем великодушии он заходил так далеко, что притворялся, будто его тоже утомило путешествие, и укладывался спать, как только стемнеет. Карты могли подождать – и, очевидно, мог подождать запланированный поход на гору. Однажды утром их взбудоражило звучное объявление Рута о скором прибытии Канта и Ф'нора из Вейра Бенден, вместе с еще несколькими всадниками и драконами. Немедленно исчез круг поклонников белого дракона из числа местных ящерок; только Мийр, Талла и Фарли остались, чтобы приветствовать своих огромных родичей. Когда Ф'нор сообщил им, для чего прибыл он сам и другие всадники, Пьемур. испытал смешанные чувства. Он был восхищен намерением выстроить дом для мастера арфистов прямо здесь, в бухте, которую он нашел такой красивой и спокойной. Но мысль, что это изумительное место станет слишком широко известным, не нравилась ему. А реакцию Торика на столь удивительной сюрприз, что готовился для мастера Робинтона, предугадать было нетрудно. Шарра выглядела невозмутимой, но она была в гораздо большей степени увлечена Джексомом, чем великими планами своего брата. Вплоть до дня прибытия мастера арфистов в бухте царила суета. Шарра, избавив Ф'нора от заблуждений по части пригодности проекта здания, который он привез с собой, проворно чертила новые планы, учитывавшие требования к жилью на Юге; тут было важнее противостоять морским ветрам и летнему зною, чем оберегаться от холода или Нитей. Потом из всех Цехов начали прибывать драконы с людьми и материалами – в таком количестве, что Пьемур был просто ошеломлен. Он искал уединения в густом лесу, зная, что это может выглядеть так, будто он покидает своих друзей и отлынивает от работы. Но рук, чтобы вовремя закончить новый холд для мастера Робинтона, было предостаточно; кроме того, такое обилие драконов ввергло Дуралея в невменяемое состояние. Бродя по лесам, Пьемур обдумывал послание Сибелу, которое намеревался отослать с помощью Фарли. |
