«Клон — это хорошо», — подумал, считав нашивки на форме.

Возглас повторился. Я поднял руки вверх, но продолжал сокращать дистанцию. Один клон мне не противник. Главное, пробраться в бот, заблокировать дверь, а там уже потанцуем.

Клон вышел из-за укрытия и одной рукой показал, чтобы я лёг на землю.

«Ага, щаз», — голым ложиться на поле, пусть и стоявшее под паром, удовольствие не из приятных.

Вдруг клон резко вздёрнул оружие для открытия огня. Я едва успел прыгнуть вправо и вперёд, уходя с траектории огня, как боевой заряд едва не задел моё бедро. Ствол инопланетной винтовки медленно доворачивается в мою сторону, а до противника ещё более двух метров. Не останавливаясь, выхватываю из-за спины клинок и метаю его в противника.

Ради любопытства, находясь в убежище, я пробовал метать это оружие и у меня относительно неплохо получалось, и в этот раз лезвие клинка, пробив защитный нагрудник, вонзилось в горло противника. Тот зашатался, захрипел и я едва успел подскочить, чтобы выхватить у него из рук винтовку. Не останавливаясь, на ходу проверил заряд — в норме.

Опасался, что клон успел передать своим о нападении, так как они постоянно находятся на связи с командиром группы, так что пришлось торопиться.

Выскакиваю из-за корпуса бота и нос к носу сталкиваюсь со вторым клоном-солдатом. Но наработанные рефлексы срабатывают правильно, и я первым нажимаю на спусковой крючок трофейной винтовки.

— Бабы!!! — кричу что есть мочи. Пока клон безвольной куклой падает на землю. — ложись!!!

Силовое поле до этого деактивированное, вновь засветилось белёсой аурой, а нестройная толпа женщин замешкалась возле трапа летательного аппарата и уставилась в мою сторону, но через секунду десяток девушек повалились на землю, за ними и остальные.

Открываю огонь, выбирая цели по приоритету опасности: один клон-солдат, что стоит возле спущенного трапа, только сейчас стал переводить оружие из походного положения в боевое — пока не опасен. Второй клон-солдат, что стоял возле периметра и направлял поток женщин — опаснее. Оружие в боевом положении — он первая цель. Выстрел… успеваю ещё раз в него выстрелить, чтоб наверняка и перевожу огонь на второго. На него трачу также два выстрела.

— Поднялись!!! И внутрь!!! Бегом, бегом, бабыньки!!!

Поднялся вой и крик, а время-то идёт. Мне надо успеть зайти и самому, заблокировать двери. У клонов-солдат, как знаю, нет тяжёлого вооружения, чтобы повредить летательному аппарату, а женщины… начали кричать, разбегаться… Кто-то продолжал лежать, вжимаясь в землю.

— Быстро!!! Быстро!!! Говорю, поднялись!!! И внутрь!!! — целюсь в пришедшего в себя, а, скорее всего, получившего инструкции солдата-клона, что находился возле их ангара. Стреляю.

Времени объяснять что-либо нет, сам вбегаю внутрь чрева летательного аппарата и ныряю от дверного проёма сразу вправо. Вести огонь по цели, что перемещается влево для правши ненамного, но затруднительнее и нарываюсь…

Их было четверо и меня встретили дружным огнём.

«Вот почему женщины игнорировали мой приказ лезть в бот, мог бы и сам догадаться, что слишком мало клонов-солдат находится возле бота. А ещё внутри пилоты, минимум двое и с ними надо что-то делать и быстрее. Что они уже передали сигнал о нападении — это точно, но разрыв во времени на ответные действия у меня пока в запасе есть», — мелькает мысль, а я вжимаюсь в проём меж переборок.