— Хорошо. Проверяй. Если что-то будет нужно, обращайся, а я доложу эту версию Президенту, но скорее всего её не озвучат при сеансе связи с Председателем Совета живых.

— Заместителем, а если быть точнее временно исполняющим обязанности, — поправил министра Жариков, — как знаю, они пока не избрали Председателя, поэтому и откладывался сеанс связи, а второе лицо, которое по их законам замещает Председателя как раз находится в десанте.

— Ты об ашш Сошша Хааш? — без запинки произнёс имя министр. Столько раз ему приходилось слышать это имя и не только от анторсов, что оно само собой записалась в памяти.

— О нём. Но возглавляет десант наш сержант Бес.

— Да, я помню. Я ему и офицерское звание присвоил и представление к награде подал, а его все по старому позывному помнят.

— Так во всех секретках он проходит как «сержант Бес».

— Знаю, знаю. Думаешь кто-то из десанта жив?

— Не знаю, — пожал плечами Жариков. — Данных мало, а если учесть, что корабль противника совершил манёвр к планете и действует по своему плану: производит высадку и передислокацию войск на один континент, то скорее всего все погибли, но это косвенные данные.

— Что с планом ядерного удара по Австралии? — перевёл разговор в другое русло министр. Отдохнуть у него не получилось, тогда время нужно потратить с пользой и уточнить, как продвигаются дела с поставленными им на проработку вопросами.

— Сил и средств нет. В наличии три ракеты шахтного базирования и два мобильных комплекса, но этого, чтобы с гарантией накрыть континент не хватит. И не надо забывать о противодействии.

— Противодействие… — задумчиво протянул министр. — Анторсы, опасаясь ответного удара, не решатся своими силами открыть орбитальный огонь по целям, а у нас… — тяжело министру вспоминать первые часы, дни вторжения, когда бо́льшая часть войск полной готовности была уничтожена, а вторая волна уничтожила оставшиеся восемьдесят процентов войск второго и третьего эшелона готовности. И самое неприятно, что это произвели анторсы, что сейчас по воле случая являются союзниками.

— А использовать «Нептун»[2] технически трудно. Да и один он остался в законсервированном виде, но цель для него за пределом рабочей дальности. Мы же не рассчитывали по Австралии его применять. Это две тысячи миль надо на корабле пройти, чтобы его активировать. Подводных лодок на ходу не осталось, а надводных кораблей…

— Не надо о больном, — устало выдохнул министр, — я помню, что ВМФ понёс самые серьёзные потери… Так что предлагаешь, уговаривать анторсов?

— Пока не узнаем, кто у них стал Председателем, то прогнозы строить не стану. Но скорее всего они, получив своё, уйдут с орбиты планеты, — Жарикову было тяжело озвучивать самый негативный вариант развития событий, когда земляне и часть анторсов, что находятся на планете останутся одни лицом к лицу с агрессором без орбитального прикрытия, но этот вариант рассматривался и прорабатывался.

— Я тебя понял. А из… разведданных есть предположения, кто займёт место Председателя? Кто он, его характеристика, планы?

— Анторсы нелюдимы и мало контактируют с землянами, только сугубо в деловой сфере, — было начал оправдываться Жариков, что слухи, которые министр назвал разведданными его ведомство собирало и анализировало, но толку от этого оказалось мало.