— Кто вы, откуда? — на полу лежали двое. Взяли их быстро и практически без шума. Они не ожидали нападения и сопротивления не оказали. А по внешнему виду не определить, кто это. Техники или простые жители станции. То, что это не солдаты стало понятно сразу. Нет оружия, одеты в обычные комбинезоны и военная подготовка полностью отсутствует.

Как только гермодверь раскрылась достаточно, две пары солдат рванули вперёд и понадобилось только навести на этих бедолаг оружие, как они сами рухнули вниз, побросав свои вещи.

— Я, офицер-капитан, техник-смотритель Лива́нски, а это стажёр Тимо́нин. Мы совершаем плановый обход, — заговорил по возрасту старший из них.

— С какого уровня, сектора, кто отдал такой приказ? — наводил страху на гражданских, а сам лихорадочно соображал, что с ними делать дальше.

— Так, мы…

— Что здесь? — перебил, указывая на стоявший на полу кофр.

— Инструменты. Если где подмазать, подтянуть придётся. Станция же старая, — ответил пожилой, смотря как один из солдат открыл металлический ящик. Я подошёл ближе, бегло осмотрел содержимое. Там и вправду оказались какие-то штуковины, предназначение которых я представлял с большим трудом. Другой солдат протянул мне коммуникаторы, отобранные у пленников.

— Почему передвигаетесь по лестнице? — не давая тем опомниться, продолжал сыпать вопросами.

— Так все флипты заняты, — ответил тот, что помоложе. Сначала я не понял, о чём он говорит, но потом сообразил. Флипт — это устройство перемещения.

— Ясно, — произнёс, продолжая размышлять. Их брать с собой не имеет смысла. Нам и сержанта достаточно. Остаётся одно… Хотел отдать приказ на ликвидацию, как знаками меня подозвал Птица-восемь, продолжавший изучать содержимое металлического ящика.

— Что там? — произнёс тихо на русском.

— Здесь двойное дно, командир, — ткнув в кофр, тихо, но на местном наречии ответил Птица-восемь. — Какие-то герметичные контейнеры.

— Да? — я перевёл взгляд на пожилого и жестом показал рядом стоявшему солдату, чтобы того подняли и привели ко мне.

— Что это? — ткнул стволом оружия в тёмно-синие контейнеры: не больше спичечной коробки, что ровными рядами, плотно друг к другу лежали на самом дне кофра.

— Что это⁈ — повторил, повышая голос, так как меня откровенно игнорировали.

— Не губите, я всё сделаю, всё расскажу! — вдруг рванулся ко мне молодой, но его умело уложили на пол караулившие его солдаты.

— Говори, — подошёл ближе к молодому. А сам лихорадочно думал, как быстрее завершить эту комедию. Разбираться в особенностях местной контрабанды мне не улыбалось. Время-то идёт, а мы так и не добрались до нужного нам уровня. Я ловил на себе озабоченные взгляды генерал-командора, который знаками показывал, что необходимо ускориться, и он прав. Нам надо уходить, пока ещё кто-то не вздумал воспользоваться лестничным пролётом, а то со слов пленных все устройства перемещения заняты, как понял, перебрасывают солдат с уровня на уровень, а мы тут застряли, занимаемся ерундой уже целых десять минут.

— Это суди́сих.

— И?

— Мы — техники-смотрители и у нас разрешение на посещение всех уровней нашего сегмента, — торопливо говорил молодой, — и к нам часто обращаются, отнести, перенести что-либо из одного уровня на другой, но что в этот раз судисих несём, я не знал! Это всё он! Он, — молодой ткнул пальцев в пожилого, — всегда договаривается, чтобы пронести какой груз.